|
Я осторожно пошел следом. До склада метров пятьдесят по прямой, не заблужусь. На ходу огляделся и принюхался. Меня не оставляло тревожное предчувствие. Отовсюду чудились приглушенные голоса, в тумане метались прозрачные тени. И запах… Сырость, разложение и гниль, еще нечто весьма неприятное. У самого входа в склад я остановился, повертелся на месте. Показалось, будто клочья тумана складываются в огромные лица, жуткие зубастые хари. На самой границе зрения чудилось движение. Я вошел в транс. На долю секунды цвета померкли, исказились. Трава стала черной, дома и деревья серыми и бесцветными. Небо неожиданно покраснело, будто попал в Ад. Туман же выглядел как черные клубы дыма и пыли, удушливых зловонных миазмов… Повсюду: у стен зданий, на пустыре и забора плавали бесформенные клубы тьмы. Я почувствовал жуткий холод, уши терзало змеиное шипение, призрачные голоса. В мозг ворвались сотни картинок-образов. Угрожающие, наполненные ненавистью ко всему живому. Ощущение быстро схлынуло. Я покачнулся и тряхнул головой, отгоняя чуждые образы. Мир тот же: густой туман, сырость и стук капель по асфальту, журчание ручейков. Но теперь все явственней чуял запах разложения. Что-то не так, – промелькнуло в голове. – Если не списывать на галлюцинации, то с реальностью творится непонятное и угрожающее. А я не могу понять что. Как же не хватает знаний! Три дня прошли плодотворно, но этого мало. Мне бы месяца три, а лучше полгода. И не Камышева в учителя, а кого-то более компетентного. Егор Юрьевич молодец, не спорю. Но он теоретик, имеет лишь приблизительное представление о магии. Обучение в его исполнении больше похоже на блуждание в потемках… Не подходит такая техника, значит попробуем другую, третью, десятую… пока не получится. – Ну? Где тебя черти носят? – рыкнул Дубов из темноты помещения. – Или раздумал говорить… ха-ха… по-мужски? Я открыл рот, чтобы послать дурака. Но понял – боец пропустит мимо ушей. Или воспримет как трусость. Мол, паренек штаны обмочил, вот и плетет про мистику. Я стиснул зубы – драка так драка… С магией потом разберусь. Поговорю с Камышевым… или нет, лучше с Ярополком. Ведьмак хоть и слабенький, но чародей практикующий. Поймет с полуслова. – Нет-нет, – ответил я громко и бодро. – Сейчас устроим дуэль. Секунданты будут?.. Решительно вошел в темный проем, пробрался между громадных теней – какие-то ящики, контейнеры, картонные коробки. Под ногами захрустел мелкий щебень, в нос ударил запах пыли, цемента и машинного масла. Шагах в десяти вспыхнул неяркий желтоватый свет. Я разглядел небольшую свободную площадку. Вокруг несколько железных шкафов, стеллаж с автоматами и пара ящиков с откинутыми крышками. Внутри среди вороха бумажных обрезков блестел вороненый металл, скелетообразные решетчатые конструкции, виднелась вязь разноцветных проводов. На спинках нескольких рассохшихся стульев аккуратно развешаны куртки и штаны, рядом на полу шесть пар ботинок. Наверное, здесь раздевалка спецназовцев. Облачаются в суперкостюмы, превращаются в вооруженных до зубов призраков. Дубов неспешно прошелся по площадке, оценивая пространство. Помахал руками, покрутил головой и несколько раз присел. Глянул на меня, ощерил зубы в неприятной усмешке и принялся стаскивать тельняшку. – Обойдемся без секундантов, – фыркнул солдат. – Много чести. Получишь по шее и делу конец. – Похвальная уверенность, – пробормотал я. |
