|
С опаской посмотрел на бойца. Коля с огромным трудом стащил тельняшку. Тусклый свет лампочки заиграл на рельефных мускулах, плотной как у матерого быка коже. Талия широкая и толстая. Но на животе и боках ни капли жира, только сухие мышцы. Коля встряхнулся, поднял руки в боксерскую стойку. Руки – как из металла отлитые. Кулаки размером с оголовье нехилого молота… Я и сам не дохляк, торс прикрывают упругие мускулы. Но по сравнению с Колей – мелкая букашка. Он и выше, и шире. Танк, а не человек. На бетонные стены пускать, прорвет будто картон. Хороший шкафчик, – сказал я себе. Стал медленно расстегивать рубашку. – Но такой бычок не может быть подвижным и ловким. Если взять хороший темп, то не угонится. Главное не подпускать близко, чтобы не взял в захват. Иначе навалится всем весом, раздавит. Да и руки-ноги поломает как спички… Повесил рубашку на стул. Взмахнул руками, пару раз присел. Глубоко вздохнул и постарался отбросить ненужные мысли. Рефлексы – вот что нужно в данный момент. В бою или драке нет времени думать. Есть место лишь наработанным и отточенным движениям. Более обученный и тренированный выигрывает. – Начали! – будничным тоном сказал Дубов. Приподнял руки, открыл живот и солнечное сплетение. Мускулы нарочито расслаблены, ноги прямые. «Ловушка, – промелькнуло в мозгу. – Завлекает… Контрактовать легче, чем нападать первым. Можно увидеть как двигается противник, оценить ошибки… Но каков соблазн! Если хорошенько ударить, он не сумеет ответить». Я решился, оттолкнулся носками от пола и рванулся навстречу. Мышцы свело судорогой, руки отработали молниеносно и хлестко, как поршни в двигателе: левой, правой, опять левой, боковой в челюсть. Раздались шлепки, костяшки заныли от боли. От последнего удара Дубов прикрылся рукой. Остальные угодили по ребрам и животу, но не навредили. Я сразу отскочил влево, разорвал дистанцию. Но спецназовец и не думал нападать. Ухмыльнулся, поднял руки еще выше. – Бьешь как баба! Попробуй еще разочек! Я резко и быстро скакнул вперед, разразился серией мощнейших ударов. Тело работало на рефлексах, дыхание с шипением вырывалось изо рта. Кулаки месили упругую как резина плоть. Ребра, область печени, солнечное сплетение, живот, подбородок, висок… Ни разу не промахнулся. Но Коля даже не дрогнул. Стоял в расслабленной позе, руки опустил. Улыбался и сверлил меня ласковым взглядом. Плавное движение, расплывчатый силуэт тела, и неожиданно четко – громадный кулак у носа. Возникла боль. Невероятно острая, обжигающая и нестерпимая. Нос и лицо горели огнем, голую кожу спины рвали острые холодные камешки. Я захрипел, булькнул и едва не захлебнулся собственной кровью. Медленно перевернулся на бок, приоткрыл мгновенно вспухшие губы. В голове потемнело, сознание едва не выпрыгнуло из тела. Как же так? – подумал я отстраненно. – Уже на земле?.. Обидно. – Слабак! – услышал я возглас Дубова. – Вставай! Я еще не развлекся, как следует. Слова Коли сочились презрением и затаенной радостью победы. Еще бы – отомстил и развлекся. Можно еще чуть-чуть повалять недруга в грязи, а потом отправится пить пиво и хвалиться перед друзьями. В иное время я бы никак не отреагировал на поражение. Бывает всякое: сегодня ты проиграл, завтра пойдешь качать мускулы, а послезавтра заставишь врагов бояться и уважать. Такова жизнь. Но не теперь. Фраза Дубова вызвала лавинообразную реакцию. |
