|
Дышал с хрипами и сипением, могучая грудь тяжело вздымалась и опадала. Во взоре промелькнула помесь чувств: страха, злости, недоверия, бессилия и надежды… – Сделаю, – выдохнул друг. – Сделаю, Сашка… – Постарайся не погибнуть, – сказал я и быстро отвернулся – Вадиму незачем видеть мое омертвевшее лицо. – Встретимся потом. Ответ друга заглушил вой ветра. Но мне показалось, что расслышал короткое: «Постараюсь». Я глубоко вздохнул, отринул посторонние мысли. То, что задумал, походит на прыжок с высокой скалы без парашюта и страховки. Повезет, если у подножия будет стог сена или глубокое озеро. Шанс выжить весьма призрачный, придется полагаться на удачу. Я мог ошибиться в выводах. Но даже если прав, то все равно много риска: умру до того, как засну, или Вадим промахнется… Я посмотрел на Охотника. Демон стоял уже шагах в десяти, тьма клубилась у копыт лошади. На безликом лице полыхали фонари глаз. Мертвый голубоватый свет бил узким пучком, выхватывал дымные струйки, плотную шею коня. Первый шаг дался очень легко. Второй немного труднее – инстинкт самосохранения попытался перехватить управление телом. Но я не позволил, пошел дальше, удерживая взглядом глаза Охотника. Мозг наполнился отвратительными, сводящими с ума образами. Я не боролся. И даже потянулся навстречу разуму демона, уцепился в него изо всех сил. Остановился на берегу бушующего океана тьмы, сжал кулаки. У самых ног плескалась смолянистая черная масса, вспухали и лопались пузыри, взвивались щупальца и тонкие языки. Осталось главное… Только бы Вадим попал, – мелькнула холодная мысль. – Иначе подохну зазря. Очень важно, чтобы потерял сознание, уже ступив в озеро тьмы… Платон сам того не зная подал идею спасения. Я вспомнил, как мистик затащил меня в кошмары, вспомнил блуждания, битвы и победу в Царстве Снов. Там я теперь гораздо сильнее, сны повинуются моей воле. И это шанс одержать победу в бою с демоном! Но ритуалов и заклятий не знаю, потому придется действовать грубо, наобум. Чтобы увлечь Охотника за собой следует слить разумы как можно плотнее. И для этого надо вступить в тьму, позволить себя растворить… А потом заснуть, вытащить сознание Проклятого из реальности на Дорогу Сна. Что будет потом одному богу известно. Скорее всего, умру или останусь блуждать бесплотным разумом. Но уверен в одном – Охотнику тоже придется несладко. Но сейчас все зависит от Вадима. Если дрогнет, промедлит или промахнется, план потерпит крах… Змеиное шипение возвысилось, ворвалось в уши и проникло в мозг. Перед глазами пронеслась череда смазанных образов, сложились в привычные слова. – Иди… ко мне… – сказала Тьма. – Иду, – кивнул я. Посмотрел на Охотника и лучезарно улыбнулся. А затем быстро шагнул вперед, ступил в черную вязкую массу. Под ногами чавкнуло, словно прыгнул в грязь. Взвились струйки и протуберанцы мрака. Первую секунду я чувствовал лишь холод и слабость. Успел удивиться – так просто? А в следующий миг меня накрыло волной адской боли. Жидкое пламя разлилось по венам, разорвало сосуды. Но разум еще жил, мыслил. Я услышал свой громкий и страшный вопль, наполненный ненавистью, чудовищной болью и страданиями. Ощутил, как колючая тьма лижет ноги. Страдания длились целую вечность. Сознание корчилось в судорогах, металось как полыхающий тигр в клетке. Но выхода нет, вокруг прутья клетки и почему-то холодное пламя… В глазах мельтешило, кружилось, появлялись и пропадали разноцветные пятна. |
