Глава 16

Она склонила голову и между нашими губами вдруг оказалось совсем мало пространства — максимум, на толщину пальца. Ее дыхание — мягкое и пахнущее молоком, опалило мне лицо. Глаза девушки заполнили собой весь мир, отражая свет далеких фар…

Фар? Откуда здесь взялись фары?

Чувство опасности сиреной ударило по нервам. Не думая, как к этому отнесется Хелена, я буквально сбросил ее на сидение рядом, сам же потянулся к переднему сидению, где оставил пистолет. Одновременно с этим я глянул в лобовое стекло, через которое ярко било холодное свечение фар приближающегося автомобиля.

Черт! Вот же черт! Это же проселок, ведущий из города к заброшенной рембазе. На дворе ночь — кому, вообще, понадобилось здесь ездить?

Да хоть бы Корейцу и его людям — сам себе ответил я. Мог в машине быть маячок? Мог, еще как мог! А ты этого не учел, не принял во внимание, решил посидеть поболтать. И вообще — хорош! Девка грудью к лицу прижалась, ты и поплыл! С твоим-то опытом! Мог бы шуры-муры в более безопасном месте крутить!

— Кто там? — испуганно прошептала за спиной немка.

— Понятия не имею! — так же едва слышно ответил я.

Забавно, но мы с ней оба разговаривали так, словно нас могли услышать. А салоне минивэна никого, кроме нас, да едущая машина была еще в доброй сотне метров. Инстинкты, что тут скажешь…

— Это Кореец? — снова спросила девушка.

— Возможно. — не стал я ей врать. — Слушай, Хелен. Если вдруг начнется стрельба, падай на пол и не пытайся подняться!

— Дай мне пистолет! У тебя же два! Я умею стрелять! Ходила в тир!

У меня и правда было два трофейных ствола. Один я поднял с тела человека, которого случайно убил своим огромным кулаком, а другой, еще не испытанный, с трупа помощника Корейца в дежурке.

Но отдавать ни один я не собирался. Во-первых, в первом уже половины магазина нет, а для перестрелки этого очень мало. Во-вторых — знаю я этих девушек, которые "умеют стрелять". Бояться еще и подружки с оружием за спиной — благодарю покорно!

— Не сейчас… — я начал было подбирать слова, объясняющие, почему оба пистолета останутся у меня, но тут заметил в приближающейся машине некую странность. Два холодных пятна фар — это понятно. А что такое сине-красное мигает на уровне лобового стекла? Уж не мигалка ли милицейская, часом? Этого только не хватало! Лучше уж люди Корейца, в них, по крайней мере, можно стрелять!

Через минуту стало ясно, что я не ошибся. Машина действительно оказалась с мигалкой, но при этом — гражданской. Выхватив светом фар из темноты угнанный минивэн, она начала притормаживать и вскоре остановилась. Свет так и остался гореть, слепя и не давая разглядеть того, кто хлопнул дверь, выйдя из салона.

Зато голосом он себя обозначил.

— Это милиция, капитан Смирнов. — прозвучал громкий мужской голос. Обладатель его почему-то представился мне этаким невысоким крепышом с простым крестьянским лицом и носом картошкой. — Не бойтесь!

Сердце у меня колотилось с такой силой, что заглушало говорящего. Но то, что он произнес, я понял. И бесшумно, понемногу стравливая воздух из легких, выдохнул.

Милиция. Невесть как тут оказавшаяся! Еще и целый капитан! Правду говорит или врет? Может ли кто-то из людей Корейца так поступить? В принципе, да. Тем более, ни формы, ни удостоверения, я не видел. Пожалуй, после всех сегодняшних событий, я пока воздержусь от проявления доверия.

— А можно ваше удостоверение личности, товарищ капитан? — крикнул я в ответ.

Сам же, тем временем, тихонько прятал пистолет под сидение, но так, чтобы его можно было быстро достать. А то мало ли какие тут капитаны по глухим дорогам ночью катаются.