— Хм… Сколько времени вы и Хэттер были партнерами?

— Три года.

— А как давно вы знаете Хэттеров?

— Со времен колледжа. Мы с Конрадом делили комнату в общежитии, и тогда я познакомился с его семьей.

— Помню, как я впервые увидела тебя, Джон, — проворковала Джилл. — Я была совсем маленькой девчушкой.

— Прекратите болтовню, — проворчал инспектор и обратился к адвокату: — Насколько я понимаю, Бигелоу, ваша фирма вела все дела миссис Хэттер. У старой леди были деловые враги?

— Вы знаете не хуже меня, инспектор, — вежливо ответил адвокат, — что миссис Хэттер была… э-э… довольно странной женщиной. Необычной во всех отношениях. Враги? Разумеется. У всех дельцов на Уолл-стрит есть враги. Но я бы не сказал, что кто-то ненавидел ее настолько сильно, чтобы совершить убийство.

— Тогда каковы ваши предположения относительно этой истории?

Бигелоу поджал губы.

— К моему большому сожалению, я не имею ни малейшего понятия о причинах трагедии. Как и о том, кто пытался отравить мисс Кэмпион два месяца назад, что я, по-моему, вам говорил.

— Это ни к чему не приведет, инспектор, — нетерпеливо вмешался окружной прокурор. — Мистер Бигелоу, миссис Хэттер оставила завещание?

— Разумеется.

— В нем есть что-то необычное.

— И да и нет. Я…

В дверь постучали. Инспектор пересек комнату и приоткрыл дверь на пару дюймов.

— А, Мошер. В чем дело?

Мошер что-то прошептал.

— Нет! — твердо заявил инспектор, потом неожиданно усмехнулся и захлопнул дверь перед носом Мошера. Подойдя к прокурору, он шепнул ему что-то, и лицо Бруно стало непроницаемым.

— Мистер Бигелоу, когда вы намерены официально прочитать завещание наследникам миссис Хэттер? — спросил Бруно.

— Во вторник в два часа дня, после похорон.

— Отлично. Тогда мы услышим детали. Думаю, это все…

— Одну минуту, мистер Бруно. — Друри Лейн повернулся к Джилл Хэттер: — Когда вы последний раз видели мандолину, которая хранилась в этой комнате, мисс Хэттер?

— Мандолину? Вчера вечером после обеда — перед тем, как я ушла из дому с Джоном.

— А когда вы последний раз были в лаборатории вашего отца?

— В комнате, где Йорк возился со своими вонючими химикалиями? — Джилл пожала плечами. — Несколько месяцев тому назад. Мне это место не нравилось, а Йорк не любил, когда я туда заходила. Знаете, отец и дочь уважают личную жизнь друг друга и так далее.

— Понятно. — Лейн не улыбнулся. — А вы посещали лабораторию наверху после исчезновения мистера Хэттера?

— Нет.

Лейн кивнул:

— Благодарю вас.

— Это все, — буркнул инспектор Тамм.

Двое мужчин и девушка быстро вышли. В коридоре Честер Бигелоу взял Джилл за локоть, и она улыбнулась ему. Джон Гормли, сдвинув брови, наблюдал, как они входят в гостиную. Потом он начал бродить по коридору под равнодушными взглядами детективов. Трое мужчин в библиотеке посмотрели друг на друга. Слова казались излишними. Инспектор Тамм подошел к двери и послал детектива за сиделкой Луизы Кэмпион.

Беседа с мисс Смит неожиданно выявила несколько интересных пунктов. Толстая сиделка скрывала под профессиональной мантией женскую хрупкость и, начав отвечать на вопросы быстро и четко, под конец опроса разволновалась.