Леонид снова закурил.

— Уже утром Сергей вытащил последнюю бутылку водки. Мы её распили, положили бабу в машину и поехали в город. Ну а дальше, — Корнилов тут в первый раз посмотрел на Сашку, усмехнулся. — Вы сами всё знаете.

— А кто вам приказал охранять потерпевшую?

— Всё, вызывайте конвой, без адвоката больше говорить не буду.

— Леонид Иванович это не для протокола.

— Ага, а в сумочки у вас диктофон.

Александра молча, открыла сумку и продемонстрировала её содержимое.

— Нет… Не выйдет, — подумав немного сказал Леон. — Не буду я больше ничего говорить.

Еле переставляя ноги от навалившейся усталости, Сашка плелась к троллейбусной остановке. До больницы, где сейчас находилась Ольга, ехать надо было почти полчаса. Как бы ей не хотелось, а встретиться с бывшей соперницей всё равно придётся. Без её заявления делу хода не дать. Не очень радужные раздумья девушки прервал звук автомобильного сигнала. Около неё почти бесшумно остановился джип, дверца его распахнулась, и из салона выглянул Тимур.

— Садись, — властно приказал он.

Александра не могла понять, что в этот момент заставляло её подчиниться. Она села в машину, а Жук с Монголом вышли. Резвый тут же придвинулся к девушке и вложил в её руки маленькую коробочку из чёрного бархата.

— Давай, открывай.

Медленно, осторожно Сашка сняла крышку и мысленно ахнула. Такой красоты она не видела никогда — изящные серьги с брильянтами в золотой оправе.

— Это взятка?

— Подарок.

— Я не возьму их, — твёрдо сказала она, возвращая серёжки.

Тимур перехватил её руку и вдруг резко дёрнул так, что коробочка выпала из Сашкиных пальцев.

— Это что?

— Обручальное кольцо, — пробормотала девушка, словно оправдываясь.

— Ты не замужем!

— Я сегодня вышла замуж за Виктора.

Тимур оттолкнул от себя Александру, так, что она оказалась прижатой к сиденью.

— Глупая девчонка, — чувственный рот Зарубина скривился в саркастической улыбке.

Она сжалась при виде обжигающей ненависти в его глазах. Он навис над ней, не давая пошевелиться.

— Ты об этом ещё пожалеешь, я тебе обещаю, — Тимур коснулся губами её полураскрытых губ.

— Нет, — взволновано прошептала Сашка, впивающееся в кожу, обручальное кольцо ещё давало силы противостоять натиску Зарубина.

— Да!

Язык мужчины проник внутрь её рта, заставляя подчиниться. Поцелуй становился всё более требовательным.

— Нет! — вырываясь, крикнула она, уже не в состоянии совладать с собой.

— Нет? — лениво спросил Зарубин, его рука замерла на её груди.

Тимур отодвинулся, читая в Сашкиных глазах полное поражение. Он упивался от сознания своей власти над ней, над её телом. Ему нравился трепет её тела. Она как мотылёк летела к пламени свечи, не осознавая того, что скоро сгорит дотла.

Девушка застонала, а Резвый принял её капитуляцию, накрыв губы Александры жестоким поцелуем, жадно, властно, как хозяин. Его тело изнывала от желания, соседствующего с гневом. Она должна ему покориться.

— Ты хочешь меня, ну скажи, ведь хочешь? — Тимур понизил голос, продолжая её гипнотизировать взглядом, так что девушка уже ничего не соображала, отдавшись полностью в его власть. Стонала, ловя каждую, ласку. Только неудовлетворенное желание и трепет внизу живота и отодвинуться нет сил.

— А под Ефремовым ты также стонешь?

Его горячая рука проникла ей под блузку, обхватила грудь в кружевном лифчике.