— Я возьму ваше заявление и начну по нему проверку. А вы не боитесь? Ведь когда Горбач узнает о возбуждении дела, то он от угроз перейдёт к действиям.

— Может быть, вы и правы, — он грустно усмехнулся, печально посмотрел на Александру. — Только я уже устал бояться. Поэтому к вам и пришёл.

— Ну, так что, — поинтересовалась Сашка, забирая заявление. — Вы не передумаете?

— Нет.

Открылась дверь, и на пороге показался Рудаков. Он окинул взглядом кабинет и вполголоса спросил:

— Ну, что уже познакомились?

— Да, — ответил Миронов, поворачиваясь к прокурору. — Большое вам спасибо Валерий Михайлович.

— Пока ещё не за что. Александра Петровна, после того как освободитесь, зайдите ко мне.

— Хорошо.

Рудаков вышел.

— Не буду больше вас задерживать, — Дмитрий поднялся. — Очень приятно было познакомиться. До свидания Александра Петровна.

Как только за Мироновым закрылась дверь, Сашка убрала папки и заявление в сейф и отправилась к шефу. Девушка догнала его как раз у приёмной. Войдя в кабинет, Рудаков тяжело дыша, опустился в своё кресло и переведя дух, прислонил руку к левой груди.

— Валерий Михайлович вам плохо, — забеспокоилась Саша.

— Ерунда. Сейчас отпустит. Вы, между прочим Александра Петровна, тоже плохо выглядите. Сенники под глазами.

— Ночь не спала. Только под утро уснула.

— Виктор в больнице у потерпевшей? Что ж он оставляет молодую жену одну без присмотра? Глядишь, так и сбежит или уведут, — пошутил шеф, положив под язык "валидол".

— Не сбегу.

— Так, так, — Рудаков побарабанил пальцами по столу. — Дело по изнасилованию у вас?

— Да. Я забрала все дела Виктора себе.

— Хорошо. Тогда возьмите свидетельства о смерти и опись трупов…

Прокурор шлёпнул перед Александрой на стол несколько листов.

— Каких трупов?

— Астахова и Корнилова.

Санька заглянула в верхний лист документа, это было заключение эксперта о смерти Корнилова.

— Как же так? Я ведь вчера с ним разговаривал, и он был вполне здоров, — растерялась она.

— Сегодня ночью в камерах Астахов и Корнилов покончили жизнь самоубийством. Один повесился на собственной рубашке, второй вскрыл лезвием вены.

— Как оба за одну ночь? — не поверила Александра. — Дурдом! Откуда лезвие-то взял?

Прокурор пожал плечами.

— Понятно, что им помогли. Только концов всё равно не найти. Мать твою! — неожиданно выругался прокурор, стукнув папкой по столу. — Кода же всё это закончиться?

— Когда Зарубин окажется за решёткой. Астахов и Корнилов были его людьми. Правда, они отказались говорить о его причастности к изнасилованию.

— Закрывай дело.

— Но как же ведь у меня есть показания преступников.

— Мёртвых преступников! Кого судить-то? Прямо сейчас садитесь и готовьте дело к сдаче. Завтра в девять утра все материалы должны быть у меня. И не забудь про заявление Миронова. Александра Петровна, проверьте всё как следует, вы же понимаете, дело нешуточное. Мне кажется, что и тут наш Зарубин замешан. Понимаю что и так много дел, — Рудаков сочувственно посмотрел на Сашку. — Виктор появиться поможет.

Монгол и Зарубин сидел в клубе, потягивая коньяк, когда туда вошёл смотрящий.

— Чего сидишь, скучаешь? — усмехнулся Горбач, хлопнув Резвого по плечу, игнорируя поднявшегося Олега.

— А что предложения какие-то есть? — лениво осведомился Тимур.