— Это кто же меня приложил? — удивленно говорю и выдергиваю сосульку. — Черт! Больно! — морщусь и зажимаю рану, которая на глазах начинает затягиваться.

Прихрамывая, подхожу к окну и распахиваю его, чтобы выпустить ядовитый дым. Проститутки мертвы, парень с даром огня тоже, Герман и его приятель дышат и вскоре придут в себя. Ремнями стягиваю им руки и ноги, необходимо понять, где девочка. Дожидаться, когда сын главы клана очухается — не собираюсь, выливаю на его голову газированную воду из бутылки, а потом посылаю импульс очистки организма. Гм, перестарался, вонь ужасная! Парня вырвало, и он обмочился, часть токсинов выведена, этого достаточно для допроса.

— Говори, — коротко приказываю, прижав к его лбу дуло пистолета.

— Ты труп, — зло отвечает тот, а потом добавляет: — Твоя баб-шлюха тоже и ее отродье!

— Ответ неверный, — хладнокровно, удивляясь самому-себе, говорю и простреливаю ему колено.

Орет! Ох как он орет!

— Следующий выстрел — еще колено, потом локти, яйца и последняя пуля — между глаз, — спокойно объяснил ему. — У тебя четыре попытки. Слушаю, — в моем голосе безразличие, куча выпитого зелья действует.

— Она в гостевом доме, в подвале! — зачастил Герман.

— Где этот дом? — уточняю.

— Да рядом он! Из окна видно!

Действительно, стоит небольшой домик, который я изначально посчитал за сарай. Эх, если бы сразу в него сунулся, то мог избежать такой передряги. Впрочем, нет смысла от самого себя скрывать, если бы просто освободил ребенка, то проблему не решил. Вику или Леру могли похитить завтра, спалить Сомовку. Нет, тут вопрос или-или. Поэтому, после того как Вику вытащу, то следует еще и к мэру в гости съездить.

— Веди, — поставил я Германа на ноги.

— Ноги развяжи, — опустил он взгляд. — Или думаешь смогу как козлик прыгать?

В его голосе нет страха, наоборот, уже вызов и пренебрежение. Оставлять его в живых никак нельзя, но, черт, сложно безоружного пристрелить. Уже догадываясь, что последует дальше, достал нож и полоснул по ремню, которым ноги сыну клана связал. Удар коленом в лицо чуть-чуть не пропустил, сумел увернуться, но от воздушного кулака отлетел к стене. Выпустил из пистолета все пули и стянув с себя не пригодившуюся маску с прорезями для глаз и вытер ей же со лба пот.

— Вот как-то так, — криво улыбнулся. — Не стоило беспредельничать, вы в этой жизни ничего хорошего не совершили.

Сам себя утешаю? Нет, каких-то угрызений совести не испытываю. По заслугам Герману и его приятелям досталось. Насчет девиц легкого поведения, и то не факт, что они не из их компании, недаром же в меня одна стреляла. Обычные проститутки в разборки влезать не станут. Доковылял до стеклянного шкафа, который чудом в перестрелке уцелел и вытащил несколько бутылок с крепким алкоголем, шарахнул их об пол, а потом установил заклинание очага, нить от которого к своему источнику протянул. Теперь достаточно одной моей искорки из источника и этот зал запылает в пожаре. Ближайшая пожарная часть — далеко, человека с источником воды не наблюдается и потушить огонь, вызванный магией, вряд ли удастся. Особняк сгорит, как факел на ветру. Слуги спасутся, если не дураки.

Незамеченным выбрался из дома, правда, чуть-чуть не столкнулся с двумя горничными, которые в одной из комнат перестилали белье и о чем-то весело болтали, делясь планами, как потратят зарплату. А одна из них еще и пожалела, что господа с собой баб привезли.