— Зачем они им?

— Это вопрос безопасности, — ответил за дипломата еще один вояка, явно моряк. — Они уже установили контроль за Датскими проливами. Не явно. Через союз. Что позволило им обезопасить Балтийское море от внешних угроз, гарантировали свои торговые интересы и полностью подавить местное пиратство. Захват Черноморских проливов позволит сделать тоже самое с Черным море.

— А… хм… — Иосиф несколько обескураженно уставился на дипломата и тот продолжил.

— Россия сейчас готовится драться сразу и с нами, и с французами, и с поляками. Принц развил небывалую активность. Его генеральный штаб занимается разработкой плана войны с, по меньшей мере, пятисоттысячной армией, атакующей Россию с запада и юга.

— Безумие какое-то…

— Отчего же? У него есть на то все основания нас опасаться. Если отставить в сторонку эту войну, и иных поводов хватает. Многочисленные покушения на него. Десятки. Спаивание его отца. А о том, что это делать начал еще Лефорт и подхватили сие пагубное дело ему хорошо известно. Попытка убийства Меншикова и покушения на важных для принца людей сюда же — в копилку. Ну и, по меньшей мере, две волны массовых убийств его рабочих и инженеров. Все это выглядит так, словно кто-то готовится к полномасштабному вторжению с целью если не завоевания, то совершенно разгрома и разорения России…

* * *

Алексей сидел во главе стола и взирал на расширенное совещание правительство. Он их не часто собирал, чтобы не мешать людям работать. Но раз в неделю обязательно. Иначе сложно было координировать разные отрасли.

Итог оружейной гонки выглядел пока неутешительно.

Затворы для переделочных винтовок изготовили в объеме ста тысяч штук. Даже перевыполнили план. Но… начинать переделку не стали. Во всяком случае — массово. Ограничившись небольшой, пробной партией.

Могли.

Но не стали.

Все упиралось в патроны.

Алексей упустил кое-какие детали и сходу вляпался в очень серьезные проблемы по их изготовлению. Ключевыми из которых были две. Первая и главная заключалась в качестве сырья. Из-за чего получался очень высокий процент брака. Из ста заготовок, поступавших на формовку, приемку в итоге проходило едва десяток. Остальные либо рвались, либо получали трещины, либо получали иные дефекты, например, деформации или слишком тонкие стенки.

Эту беду можно было обойти, вытягивая за заход совсем чуть-чуть и после каждой операции отправляя заготовки на отжиг с последующей чисткой. Проверяли. Так все работает. Брак падает до разумного уровня. Но цена… даже для ситуации избытка денежных средств такие гильзы получались золотыми. А и без того низкая производительность летела в Тартар.

Вторая проблема была тесно связана с первой. Сырье было не только невысокого качества, но его и остро не хватало. Из-за чего не имелось возможности по тупому наставить цехов, чтобы компенсировать брак.

Дело в том, что Алексей мало уделял внимание цинку. Когда он понадобился, поставил небольшую мастерскую с совершенно кустарными методами выделки. И гнал его помаленьку в небольших керамических ретортах. Потом там же в закрытых тиглях сплавлял с медью.

Вроде бы выпуск шел. И годовой, если его превратить в гильзы, позволял на два миллионов патронов рассчитывать. Да вот беда — латунь не про их честь была. Почти все уходило на детали различных станков и оснастку. Иными словами, забрать эту латунь на патроны означало сорвать производство остродефицитного промышленного оборудования. А оно надо? Вот. Правильно. Вообще никак.

Нарастить же изготовление латуни попросту не успели.