— Впрочем, оставим эти заботы до понедельника, — заключил Арнольд. — Мы оба были в одиночестве, а теперь его больше нет. Не занять ли нам место на приморской веранде? Я был уже там. Ветра с Балтики сегодня не обещают, опять же в тени и зелени… Уютное местечко!

— Можно и на веранду, — согласилась Зоя. — Так рано уезжать в душный Западноморск было бы преступлением.

— А я что говорю?! — воскликнул Арнольд. — Тогда идемте…

Но у приморской веранды их ожидало разочарование. Половина столиков была занята, а на остальных стояли флажки дружественного государства.

— Ждем интуристов, — развел руками старший официант. — Со всем удовольствием, но никак. Ждите, может, кто освободит место.

— Судя по всему, это не скоро случится, — проворчал Закс. — А вон тот, что с краю, он тоже для иностранцев?

— Этот заказан вчера. Видите, там уже и лимонад, и конфеты. Да вон и клиенты подходят. Извините.

Он поспешил навстречу входившим. Арнольд повернулся и увидел Гену Тумалевича, который шел, пропустив вперед Веру Гусеву. За ним шла еще одна пара, этих людей Арнольд не знал.

— Вот и разрешение проблемы, — сказал Закс вполголоса Зое. — Это ведь мой друг, так сказать, флотский кореш.

Он пошел к Тумалевичу навстречу.

— Арнольд! — приветствовали его Гена и Вера. — Как ты здесь, какими судьбами?

— Маюсь без места, — ответил Закс. — В то время как некоторые завышенные мореманы заказывают столы по телефону.

— О чем разговор, Арни! — воскликнул Тумалевич. — Идем с нами.

— У меня дама.

— Еще лучше. Все с дамами. Знакомься, это наш старпом, Василий Зуев, а это его жена, Тамара.

— Очень приятно.

— Давайте за стол, ребята… Там познакомимся поближе.

Когда все расселись, а Закс представил Зою, Вера сказала:

— Знаешь, Гена, чего не хватает на столе?

— Приказывай, все добудем!

— Цветов бы сюда…

— Будет сделано! Вася, командуй здесь парадом, я мигом.

Минут через пять Тумалевич шел через зал с букетом цветов.

— Вера! — крикнул он едва ли не от входа. — Вера! Готовь вазу! По твоему приказанию цветы доставлены!

— Чего это он такой веселый? — спросил Арнольд у Веры. Она улыбалась, несколько смущенная общим вниманием, но чувствовалось, как все это ей приятно…

— Заявление подали в загс, — ответила Вера. — Сегодня у нас помолвка.

Когда с порога веранды Тумалевич позвал невесту, на произнесенное им имя повернулась уже немолодая и вместе с тем миловидная женщина. Она сидела на другом краю за столиком на двоих. Место напротив занимал Юрий Алексеевич Леденев.

— Видишь, Юра, какие букеты дарят девушкам молодые люди, — ласково попрекнула мужа Вера Васильевна.

— Понял, — ответил Леденев. — Упрек принимаю, Веруша. Только, понимаешь, здесь вокруг столько цветов, так сказать, в натуральном виде, в природной обстановке, что мне как-то в голову не пришло подумать о сорванных цветах. Ведь тогда они уже будут мертвые, правда?

— Правда, правда, Юра… Ты у меня старый ветеран борьбы за охрану природы, и я готова взять слова упрека обратно.

— Ты завидуешь той девушке? — спросил Юрий Алексеевич.