— Я думаю лучше свернуть к берегу, — предложил я пытаясь разглядеть парус, мысленно завидуя отличном зрению боцмана.

— А толку? Берег открытый, песок. Наш баркас разглядят сразу, — хмуро ответил Кевин, но все-таки повернул к берегу.

Ветер сразу наполнил наш единственный парус и шустро потащил катамаран к берегу.

— Можно собрать у деревьев ветвей и замаскировать его, а мачту сложить. Со стороны будет напоминать кучу мусора, — день ото дня я все больше делал успехи в разговорном английском языке, поэтому меня сразу поняли.

— А это хорошая идея Алекс, — оживился Кевин.

Пока Роджер готовил топорик, я всматривался в приближающийся берег. Несмотря на то, что мы за эти пять дней преодолели километров триста, берег был очень похож на тот где я жил последние пять месяцев. Отличия были несущественными. Разве что выброшенного последним штормом мусора было поменьше, да джунгли отступили от кромки воды дальше метров на двадцать. Пляж тут был по шире.

Как только днище заскрежетало о дно, мы с Роджером босиком прыгнули в воду с разных сторон катамарана и, ухватившись за борта стали толкать лодку на берег, пока нос не уткнулся в песок. Почти сразу Роджер побежал к деревьев держа топорик, а я стал собирать сухие пальмовые ветви, валявшиеся, где кучей, а где и по одиночке, как их разбросал шторм, и подавал их Кевину, маскирующим катамаран. После этого мы с ним сняли парус и вытащили из гнезда мачту, в последнем нам помог Роджер притащивший от деревьев несколько длинный ветвей.

Маскировка заняла почти час, после чего перекусив вяленным змеиным мясом, мы перетаскали самое ценное в джунгли и укрылись среди деревьев. Дальше потянулось длительное ожидание, пока, наконец, корабль не стал полностью виден.

— Похож на большой шлюп нашей постройки… — пробормотал Роджер прищурившись от бликов солнца на воде он пристально рассматривал приближавшийся корабль. — Шлюп плимутской постройки. Теперь я в этом уверен, это наши.

— Подождем, — осадил брата Кевин, — посмотрим на флаг, когда они приблизятся. Это могут быть и пираты и каперы. Многие пользуются нашими кораблями. Вспомни пиратов, что напали на нашу "Колибри". Они сменили только оснастку и укоротили мачты, раньше это был наш барк.

— Что за барк? — с любопытством поинтересовался я, лежа на животе я продолжал рассматривать приближающийся корабль. Уже можно было различить, что корпус у него светло-синего цвета с желтой полосой по всему борту. В этой жёлтой полосе по левому борту, что был повернут к нам было отчетливо видно одиннадцать пушечных портов окрашенных в черный цвет.

— Это такой корабль. Он представляет из себя трёхмачтовое судно с прямыми парусами на всех мачтах, кроме кормовой бизань-мачты, несущей косое парусное вооружение, — снова включил Кевин менторский тон, видимо кого-то пародируя. — Иными словами Алекс, все мачты барка, за исключением последней, из поперечного рангоута имеют только реи, тогда как последняя мачта рей не имеет. Барки нельзя было назвать небольшими судами, но ценят их не за компактные размеры, а за скорость.

— Да я просто так просил, — отмахнулся я.

— Да, теперь и я вижу оба флага, — спокойно сказал Кевин. — Это наши. Причем вон флаг военно-морского флота.

— Интересно, что они тут делают? — вставая, спросил Роджер.

— Идут близко к берегу, может что ищут? — предположил я тоже выскакивая на берег.

В лодке у нас была специально приготовленная корзина в которой были сложены сухие дрова и трава, для сигнального костра.

Вытащив ее на песок мы оба заширкали своими кремнями высекая снопы искр пока трава не затлела и не вспыхнула множеством мелких огоньков.