Брук кончиками пальцев попыталась разгладить морщину, прорезавшую его лоб.

— Что случилось, дорогой?

Дорогой? Да, она неплохо вжилась в роль. Неужели шанс получить обручальное кольцо… статус его жены положительно повлиял на ее актерские способности? Неприятно. Но об этом стоит забыть.

— Ничего. Давайте быстрее покончим с фотографиями.

Брук посмотрела в камеру и лучезарно улыбнулась.

— Отлично.

Сделав около дюжины снимков, Филипп решил внести в процесс фотосъемки некоторое разнообразие.

— А теперь один поцелуй — но настоящий, чтобы линзы в камере запотели.

Это должна была быть реплика Мэтта! А Брук должна была бы отчаянно протестовать. Он испытывал невероятное удовольствие, поддразнивая ее, заставляя переступать установленные границы. И теперь, так и не осознав возможной опасности, Мэтт прошептал:

— Давай, дорогая. Поцелуй меня.

— Конечно, любовь моя, — откликнулась Брук, перед тем как их губы соприкоснулись.

Последняя осознанная мысль Мэтта — радость, что он сидит. Нахлынувшая волна эмоций просто свалила бы его на пол. Не было времени понять, что делает Брук. И почему она не спорит. И какого черта целует его, как влюбленная невеста. И почему он всем этим наслаждается!

— Спасибо, Филипп, — поблагодарил Мэтт фотографа, провожая его до двери.

Рядом, положив руку ему на локоть, стояла Брук, играя роль его спутницы жизни. Мэтт до сих пор не мог опомниться, поэтому ругал себя на все лады. Он же не школьник, чтобы так реагировать на женское тело. Или на него повлиял отказ Брук от своих же собственных правил?

— Был рад помочь. Думаю, снимки будут готовы через пару дней.

— Пожалуйста, поторопитесь, — попросила Элиза. — До свадьбы осталось не так много времени.

Мэтт в этот момент слышал, как тикают часы, отсчитывая секунды до его каз… то есть свадьбы.

Осталось всего ничего до того, как ему придется произнести слова «да, беру». Вопрос в том, произнесет ли их Брук?..

Она с поразительным мастерством смогла истощить до предела его нервную систему. Один взгляд душа выворачивается на изнанку, один поцелуй — теряется способность к мышлению. Ни одна женщина так на него не действовала. Может, не стоит расходиться?..

Боже, о чем он думает? Наверное, тяга к Брук объясняется бессознательной мольбой о профессиональной помощи. Он же просто сбрендил.

Скрип тормозов прервал тягостные размышления Мэтта. На подъездной дорожке стоял коричневый пикап службы доставки, а в дверь звонил молодой парень с алой розой.

— Для… — он заглянул в карточку, миссис Элизы Каттер.

— Спасибо.

Голос Элизы дрожал. Она взяла стянутый белой атласной лентой цветок и вдохнула его аромат.

— Я устала, так что пойду прилягу.

— С тобой все в порядке? — забеспокоился Мэтт.

— Конечно. Просто я стара.

— Подожди, я помогу тебе подняться.

— Все в порядке, — отвергла его помощь Элиза, хотя плечи старой женщины выдавали ее усталость. — Оставайся здесь. Уверена, что двум голубкам найдется, о чем поворковать.

О чем им ворковать?! Ах нет, найдется. Им нужно прояснить кое-какие моменты, желательно наедине.

Но прежде чем потолковать с красоткой и выяснить причины, спровоцировавшие такое поведение, Мэтт должен был кое-что сделать. Как только Элиза исчезла из поля зрения, он рывком притянул к себе девушку. Его тело напряглось, мысли смешались.

— Что ты…

— Я хотел спросить о том же, — рявкнул Мэтт и, совсем не собираясь этого делать, завладел ее губами.