|
Сегодня безбожники принимают вид журналистов и писателей. Они приходят с камерами и блокнотами и с помощью всевозможных либералов и диссидентов пытаются разрушить основание церкви. А иногда их союзниками становятся даже папы вроде Климента. — Его смерть пошла на пользу церкви. Эти слова понравились Валендреа, и он знал, что это не пустая отговорка. — Я хочу вернуть папству былое могущество. Где бы Папа ни появился, он может заставить слушать себя больше миллиона человек. Пусть все державы боятся этой силы. Я буду самым влиятельным Папой в истории. — Для этого вам понадобится постоянная помощь государственного секретаря. Они прошли еще немного. — Густаво, я подумал об этом тоже. Валендреа снова посмотрел на вымощенную кирпичом дорожку и представил себе последнего Папу, бежавшего из Ватикана в то время, когда в Рим ворвались немецкие наемники. Он помнил даже точную дату — 6 мая 1527 года. В тот день, защищая понтифика, погибло сто сорок семь швейцарских гвардейцев. Сам Папа еле спасся, сбежав по галерее и сбросив свое белое облачение, чтобы не быть узнанным. — Я никогда не сбегу из Ватикана, — произнес Валендреа так, чтобы его слышал не только Бартоло, но и сами стены. Неожиданно он почувствовал торжественность момента и решил забыть о предостережении Амбрози. — Ладно, Густаво. В понедельник я объявлю о вашем назначении. Вы станете государственным секретарем. Служите мне верно. Лицо старика просияло. — Я буду полностью предан вам. Эти слова заставили Валендреа вспомнить о своем самом верном слуге. Амбрози звонил два часа назад и сказал, что копия перевода отца Тибора будет у него в семь часов. Пока ничто не предвещало того, что кто-то успел прочесть текст, и это радовало Валендреа. Он посмотрел на часы. Без десяти семь. — Вы куда-то спешите, Святой Отец? — Нет, ваше преосвященство, я просто вспомнил об одном деле, которое как раз сейчас решается. Глава LXXII Бамберг, Германия 1 декабря, пятница 18.50 Поднимаясь по крутой тропинке, ведущей к собору Петра и Георгия, Мишнер добрался до покатой овальной площадки. Внизу простирался город с терракотовыми крышами и каменными башнями, освещенный многочисленными городскими огнями. С темного неба сыпался снег, но это не останавливало прихожан, идущих в церковь. Шпили церкви отражали бело-голубой свет. Больше четырехсот лет на всех церквях и площадях Бамберга в честь Рождества повсюду вывешивают изображения сцены рождения Христа. Ирма Ран Сказала, что праздник всегда начинался в соборе и с благословения епископа все прихожане участвуют в торжествах. Люди съезжаются на праздник со всей Баварии. Ирма предупредила Мишнера, что на улицах будет людно и шумно. Он посмотрел на часы. Почти семь. Мишнер огляделся по сторонам и увидел, как в сторону собора целыми семьями идут люди. Дети непрерывно болтали о Рождестве и подарках от святого Николая. Чуть правее вокруг женщины, одетой в плотное шерстяное пальто, собралась группа людей. Сидя на невысоком ограждении, она рассказывала о соборе и о Бамберге. Видимо, какая-то экскурсия. Мишнер подумал, что сказали бы эти люди, если бы знали то, что знал он. Бога создал не человек. Бог, как всегда говорили богословы и святые, был всегда и следил за людьми то с радостью, то с печалью, а иногда и с гневом. |
