Родовых шаманов от побережья Охотского моря и до Алтайских гор очень интересует вера Серединного мира, ритуалы и обряды, праздники, боги и святые, а обязательное для всех подданных Айлирии владение грамотой одновременно способствует удовлетворению и разжиганию их любопытства. Дальше больше: кое-где шаманы начинают почитать богов Серединного мира наравне со старыми духовными покровителями своих племён, где-то обращаются к Учителям Веры и жрецам в когтях и поселениях с просьбой обучить их самым распространённым и востребованным обрядам почитания богов, называют себя их последователями и служителями — отсутствие малейших притеснений со стороны жрецов и внутренняя потребность соответствовать происходящим в жизни своих племён изменениям способствуют успеху подобного подхода. Со своей стороны Людмила и иные Великие жрецы, представители сообщества друидов последовательно поощряют позитивные устремления шаманов, плавно-нежно-незаметно пытаются набросить повод единой воли на эту совсем не склонную к порядку вольницу, помогают им с правильным пониманием постулатов веры, всегда приветствуют желание шаманов приобщиться к книжным знаниям, оказывают им поддержку, в меру прислушиваются к исходящим от них советам и просьбам о помощи. Высшие жрецы отлично видят, что обычаи шаманов пусть и в меньшей степени, но тоже оказывают влияние на иерархическую структуру и обрядовою часть их учения, однако самоуверенно считают, что всё находится под их полным контролем, в своих рассуждениях опираясь на доступный по хроникам и монографиям исторический опыт распространения своей веры по огромным и наполненным сотнями рас пространствам Серединного мира.

*

*

Первое в истории существования Айлирии, да ещё и столь масштабное посвящение паладинов это безусловно знаковая дата, без балды самое что ни на есть историческое событие — Глава клана и Малый совет не могут его пропустить! А потому не стоит удивляться, что за несколько часов до начала основной церемонии бело-золотые одеяния жрецов разбавляет униформа персонала Новой цитадели и в куда меньшей степени парадные доспехи ''Непобедимых''. Горничные и обладающие немалой властью чиновники не пытаются строить жрецов, благоразумно избегая попыток распоряжаться на чужой территории, но всё же ненавязчиво проверяют ход и качество приготовлений отнюдь не только религиозного мероприятия, иногда высказывая свои суждения и рекомендации по тому или иному вопросу. В свою очередь жрецы и прислужники не спешат демонстрировать гонор сановным гостям и не игнорируют их замечания. Если подумать и вспомнить сложившиеся в столице политические расклады, то жрецы Первохрама и рулившие в Новой цитадели снежные эльфийки из личных заготовок Дримма не являются конкурентами в борьбе за влияние и власть, скорее проходят по разряду союзников, чему весьма способствуют близкие, можно даже сказать семейные отношения между Ваннискьяльвом и Великой жрицей...

- Наконец-то наши девочки возвращаются домой, - нескрываемое облегчение в словах Людмилы не услышит разве что глухой. Оно и не удивительно, несмотря на постоянную занятость Людмила хорошая мать, и разумеется её беспокоит судьба дочерей (как и Светлана она не разделяет Миримэ и Лаириэль, относится к обеим с одинаковой любовью). Благодаря негласно-незаметно следующему за детьми Грошику снежная эльфийка всегда находилась в курсе происходящих с девушками событий... и тем не менее ни на секунду не прекращала беспокоиться о них, переживала, как путешествие в поисках познания мира и себя отразится на их будущей жизни, характере, планах.

- Да, хорошо! - Дримм также не считает нужным прятать свою радость по поводу скорого возвращения дочерей. Гордится ими, их волей и решимостью, что подтолкнули Миримэ и Лаириэль пройти необязательное, но почётное и полезное испытание. Как и Людмила всё время разлуки он находился в курсе местонахождения дочерей и выпавших на их долю приключений, каждодневно получая информацию сразу из двух источников: от Василисы (приставленные к девочкам сонники) и от следующих за ними духов-стражей из личных заготовок (как и питомец-барсук духи не позволили подопечным обнаружить своё присутствие).