-  Мы не пойдём походом на Русь и не дадим тебе войско для такого похода, - полные силы слова Красного Дракона обрывают поток оскорблений со стороны озверевшего игрока и ворчание постепенно теряющих терпение старейшин. - Если хочешь, то можешь выдвинуть своё предложение на ближайшем Большом совете клана, - абсолютно спокойным-ровным тоном напоминает фейри, он не смотрит на Петра, вместо этого с теплом и нежностью, с огромной жалостью глядит на не сумевшую удержать глаза на сухом месте Анариэль.

-  Ах вот как...!? - и без того искажённое лицо воина совершенно перекорёживает мощная судорога. Пётр выхватывает из ножен меч и, яростно стиснув его обеими руками, резко направляет его на Главу. - Тогда я вызываю тебя на бой за власть над кланом! Слышь ты, гад ползучий... я вызываю тебя! -

-  Петя одумайся! Что ты творишь? - глотающая слёзы Анариэль неловко бросается к брату, пытаясь его остановить.

-  Заткнись, шлюха! - шипящие и полные презрения слова потерявшего разум игрока останавливают её не хуже гранитной стены. - Ты давно потеряла право считаться мне сестрой. - Он едва не сплёвывает, с нескрываемым отвращением глядя как Таурохтар нагоняет и обнимает застывшую-оторопевшую эльфийку. - Иди в сраку, шлюха, ты и твой трахаль! -

-  Гандон! - подоспевшая Иримэ словно заслоняет собой, своим телом подругу и утешавшего её мужа. - Какой тебе ещё поединок — размечтался! Такого как ты следует прикончить словно бешеную шавку, забить сапогами, а после сбросить в помойную канаву! -

-  Идиот! - не на шутку разгневанный Айнон буквально прожигает воина взглядом. - С какого перепугу ты взял, что ''Божий Суд'' может решить, кто будет лидером клана? -

-  Да всё равно... плевать! Я вызываю тебя, Дракон! - похоже что Петру действительно наплевать на любые аргументы, доводы рассудка, логику, обычаи или писанные законы — кажется вся его ненависть, вся ярость сконцентрировалась в одной точке, на одной вполне конкретной личности, он истово до самозабвения и потери инстинкта самосохранения желает прикончить Убийцу Богов. Прикончить и потом... да в общем-то для него не существует потом, только здесь и сейчас, только пожирающий душу, разъедающий чувства и мысли огонь в крови. Убить Дракона!

-  А не много ли хочешь, клоп?! - опередив множество возгласов похожего по смыслу содержания, вперёд выступает Айсмен. - Если так не терпится сдохнуть, то я с удовольствием тебе помогу. -

- И я! -

- Я тоже! -

- Я разотру тебя в блевотину, падаль! - со всех сторон звучат похожие возгласы, не только от мужчин, но и от женщин. Совет един в своём порыве! Потерявший обычное сонное спокойствие зло ощерившийся Миримон в ярости швыряет в Петра кубок с вином... инстинктивно отмахнувшийся воин разрубает его обнажённым клинком, кроваво-красные винные капли пятнают надетый на него доспех, бегут по лицу и волосам...

-  Я принимаю вызов, - и вновь громкий-чёткий голос Главы клана моментально унимает бушующие в зале страсти. Поднявшийся с места Дримм прямо-честно смотрит в пылающие ненавистью глаза мятежного тысячника.

Убийца Богов не злится, совсем не злится на обезумевшего игрока, однако ему грустно, очень грустно от всего случившегося... А ведь Дочка его не раз предупреждала о том, что сумела увидеть во снах и в душе Петра, предупреждала, что его внутренние демоны не подлежат лечению или изгнанию, предупреждала об исходящей от него опасности. Так что Дримм знал, ЗНАЛ, но никак не мог предположить, что всё зайдёт так далеко! Его ошибка, за которую ему и только ему придётся заплатить!

-  Какая глупость... - полупросебя, одними губами шепчет Глава клана, без всякой ненависти встречая пылающий взгляд Петра. Давным-давно слившийся с фейри и переродившийся человек внутри него не понаслышке знает, что такое война, КАК она может изувечить личность того, кто её пережил-пропустил через себя, тем не менее Дримму грустно осознавать, что в отличие от него далеко не все смогли воспользоваться шансом сбросить её ужасы, оставить позади её грехи и начать новую жизнь в новом теле с очистившейся и обновившейся душой.