Увидеть я увидела, но это уже другая тема, тема русской эпопеи, которой я займусь позже. Пока что возвращаюсь к тигру.

Елена уехала, ее отец еще остался до полного выздоровления, мы познакомились. Пришла зима. Отец в последние дни перед отъездом поселился в «Бристоле», деньги у него были, он занимался покупками и оформлял какие-то дела в посольстве. Я служила в качестве средства передвижения, возя его по всему городу, и схватила поначалу легкий грипп. Заглоти я вечером аспирин и денька два отсидись дома, ничего бы не случилось, хворобы ко мне не цеплялись уже много лет, но все имеет свой предел. С этим легким гриппом я ездила, мерзла в машине, ожидая целыми часами, Марек был безжалостен, требуя выдержать до конца, я, впрочем, тоже не люблю бросать дело на полдороге, и в результате свалилась совсем. Накануне отлета музыканта, ожидая его возле русского посольства, я чуть не теряла сознание. До гостиницы его еще довезла, после чего вернулась домой и рухнула. В аэропорт Марек отвозил гостя на такси.

Отлеживаясь дома в свое удовольствие, я перечитывала «Лесное море» Игоря Неверли. Не в первый раз, впрочем. Может, повлияла высокая температура, но мне покоя не давал уссурийский тигр – прицепился как репей к собачьему хвосту. Тигр и тигр. Не уверена, что я не требовала от Марека привести тигра ко мне домой. Не в бреду, какое там. Исключительно из безумного желания познакомиться накоротке.

Едва я вылезла из постели, как потащила Марека в зоопарк, хотя стояла лютая зима с трескучими морозами.

Уссурийского тигра мы нашли. У клетки, кроме нас, стоял мужчина с маленьким ребенком, одетым в красное пальтишко. В клетке разыгралась сцена, которую без труда можно передать словами. Я готова поклясться, что не ошибаюсь ни на йоту.

Тигр ходил по клетке и бил себя хвостом по бокам. В углу лежала тигрица. В противоположность супругу она пребывала в идеальном спокойствии.

– На кой чер-р-р-р-рт этот стер-р-р-р-р-рвец тут стоит! – в ярости рычал тигр. – Пусть забер-р-р-р-р-рет своего сор-р-р-рванца! Р-р-разор-рву на куски пр-р-р-р-рохвоста! Бр-р-р-р-рысь отсюда!

– Не волнуйся так, – уговаривала тигрица суп руга. – Он сейчас уйдет. Не нервничай, смотри в другую сторону.

– Не могу я не смотр-р-р-р-реть! В глаза бр-ро-сается! Сожр-р-р-ру мер-р-р-р-рзавца!

– Ну возьми себя в руки, потерпи еще чуть-чуть...

– За каким чер-ртом его пр-ринесло! Пусть его забер-р-р-рут, иначе меня удар-р-р-р-р хватит!..

– Успокойся, дорогой, сейчас все уйдут...

Диалог был столь выразителен, что я просто ошалела от восторга. Нас тигр не замечал вовсе, нервировал его ребенок в красном пальтишке. С огромным трудом Марек оторвал меня от прутьев клетки. Только немногого же он добился, потому как рядом находилась вольера с рвом для тигров, и там играли тигрята. Разного возраста, с разницей примерно год. Ров замерз, чего тигрята уразуметь не могли и страшно удивлялись.

Боже, что там творилось! Нет слов описать эту картину. Они наскакивали друг на друга и стремительно катились через ров, лапы у них разъезжались во все стороны. Тигрята умудрялись скользить на ушах и на хвостах, расцепиться им никак не удавалось, они то и дело скатывались в кучу. Я забыла обо всем на свете, плевать я хотела на все гриппы и ангины в мире, я согласилась бы даже на воспаление легких ради единственного в своем роде спектакля. Не помню, как долго я там простояла, подвывая и всхлипывая со смеху. Увел меня Марек насильно. Мы вернулись домой, и мне хоть бы хны. Грипп не повторился – видать я ему не понравилась.

Воспоминание о тигре долго преследовало меня, а потому закончу тему. Новая встреча с ним состоялась во время второго нашего путешествия. Еще чуть-чуть потерпите, зато потом уж я про тигра не стану рассказывать.

Летом мы очутились в Двур-Кралёве.