— Крысы!.. Я один должен, да? Один?

Но и после этого окрика мальчишки не поторопились вмешаться. Зато к палатке подошел Гришка Распутя.

— Интересно, — глухо промямлил он и навис над Славкой Мощагиным. — А меня сможешь?

— Попробую, — улыбнулся Славка. — Захватывай меня как хочешь!

Распутя по-медвежьи облапил его поперек туловища, легко оторвал от земли и предупредил:

— Сейчас брошу.

— Бросай! — разрешил Славка.

Подняв его еще выше, Распутя посмотрел на то место, куда собирался кинуть Славку — нет ли там случайно камня или пенька, — и отшвырнул ногой шишку.

— Бросаю, — снова предупредил он.

— Давай!

И Гришка бросил. Но Славка вцепился в его куртку, увлек за собой и, очутившись на земле, ногами перекинул Распутю через себя, а сам перевернулся через голову и плотно оседлал Гришку, сев ему на грудь и сжав коленями ребра.

— Хы-ы-ы-ы! — раздалось из широко распахнутого рта Распути.

— Что — больно? — встревожился Славка.

— Смеюсь, — ответил Распутя.

Он не врал. Ему было смешно: как это он — такой длинный и тяжелый — только что стоял и вдруг — лежит! А Славка, которого он бросил вниз себе под ноги, непонятным образом взгромоздился ему на грудь.

— Хы-ы-ы! — еще раз засмеялся он. — Потешно.

Славка поднялся и протянул руку Распуте — помог встать.

— Еще будем?

— Хватит, — Гришка поплелся к своей ели. — Я черную молнию видел, — добавил он, укладываясь. — Может, еще ударит.

— Чтоб она в тебя угодила! — мрачно изрек Богдан.

Он ненавидел сейчас все и всех и был бы рад, если бы молния спалила все палатки.

— А ты не злись. Кто виноват, что так получилось? — сказал Славка. — Разложите костер. Дождик маленький совсем. А я вам запишу это как ночное дежурство по взводу.

— Соглашайся! — Фимка осторожно тронул Богдана за плечо. — Ночь короткая!

— И светает очень рано, — подхватил Славка. — Да вы, если захотите, от рассвета до завтрака запросто палатку успеете поставить. И будет так, точно ничего и не было. Все хорошо будет!

— Пр-роповедник!.. Н-не будет ничего хорошего!.. А ты, Шуруп, — Богдан покосился на палатку, — запомни: плакали твои глазки.

Оттолкнув стоявших за его спиной мальчишек, он вернулся под дерево, из-под которого начал свою неудачную вылазку.

Под мелким нудным дождем остались пятеро: у палатки — Сергей и Славка, шагах в пяти от нее — Фимка, Димка и Вовка Самоварик. И те, и другие выжидательно молчали. Командиры думали, что мальчишки попросят пустить их в палатку, и оба решили дать им место. А мальчишки надеялись, что командиры сами позовут их.

— Да ну вас всех! — обиделся Вовка Самоварик, не дождавшись приглашения. — Дрыхните в тепле, если вы такие!

Придерживая рукой фотокарточки, спрятанные от дождя под рубашку, он тоже отошел под защиту деревьев. Укрылись под ними и Фимка с Димкой.

Богдан отодвинулся от них.

— Рядом с вами противно!

Мальчишки видели, как Славка и Сергей, посовещавшись между собой, разошлись по палаткам. Пологи задернулись.