Достаточно было одного легкого движения головы лейтенанта, чтобы ближний к Стохадскому солдат с размаху ударил ученого прикладом в живот. Хоть Стохадский перенес удар стоически, Семенову стало не по себе. В намерениях египетских бойцов он больше не сомневался ни на йоту.

Елена запустила программу просмотра. Теперь файлы стали доступны для чтения. Лейтенант запустил случайно выбранный файл и, как назло, вывел на обозрение карту Египта. Уткнувшись носом едва ли не в экран ноутбука, лейтенант с протяжным издевательским: «Е-е-е-е…» смотрел на красные точки военных объектов Египта.

Все доказательства преступления были налицо.

— Что это?

— Карта Египта, — пожала плечами Елена.

— Почему на ней секретная информация?

— Откуда мне было знать, что это секретная информация?..

Лейтенант поднялся, оценивающе осмотрел Дементьеву с головы до ног.

— Чивара! — крикнул лейтенант одному из своих подчиненных. — Давай связь! Пусть забирают этих…

Он едва удержался, чтобы не добавить слово «…козлов» и не сплюнуть. Последние слова египтянин прокаркал на арабском, но Семенов их понял.

— Надо быстро валить, — прошептал он так, чтобы услышал Стохадский.

Ученый незаметно кивнул.

Семенов приметил на столе рядом с ноутбуком нож для резки бумаги. Тут же в голове созрел план. На чистом арабском, обращаясь к лейтенанту, майор в быстром темпе отчетливо проговорил:

— Капитан! Вы были на Арбате? Там до сих пор спокойно!

Это называется гипнотическим ударом. Когда человеку вдруг задается совершенно неожиданный, неуместный вопрос, его сознание на несколько мгновений погружается в поверхностный транс, пытаясь разобраться и в самом вопросе, и в подоплеке, с которой он задан. Египтяне — те же люди, только арабы…

Нескольких мгновений хватило, чтобы подскочить к замешкавшемуся лейтенанту вплотную и схватить его за шею. Сила инерции не дала Семенову возможности остановиться, и вместе с солдатом он повалился на пол. Стволы всех автоматов тут же переместились на них.

— Не стрелять! — завопил египтянин. Он лежал поверх майора, а к горлу было приставлено острое лезвие ножа. Для пущей убедительности лезвие касалось темной кожи.

Стохадский среагировал моментально. Схватив автомат того, который только что его ударил, он вырвал оружие из рук и направил на остальных бойцов. Семенов не ожидал такой прыткости от ученого.

— Не стрелять! — крикнул майор солдатам, видя, что они готовы изрешетить Стохадского. — Клянусь Аллахом, я перережу ему горло, как шакалу!

Родная речь подействовала на солдат убедительно. Майор проворно поднялся, подняв вместе с собой ставшего мягким лейтенанта. Он прикрывался им как щитом и не перемещал лезвие.

— На выход! На выход, я говорю!

Нехотя, с досадой и яростью солдаты стали пятиться к выходу из палатки. Недоуменные возгласы раздались снаружи — там еще никто ничего не знал.

Елена захлопнула ноутбук, сгребла в охапку все контейнеры с дисками. Стохадский поудобнее перехватил автомат.

— Выходим, — пробасил Семенов.

Они осторожно вышли из палатки под прицелы М16. Майор еще раз отчетливо повторил угрозу:

— Я его прирежу, если вы не уберете оружие.

Прочувствовавший всю драматичность ситуации лейтенант визгливо приказал своим бойцам разоружиться. Семенов поволок его к вертолету, где Раби без напоминаний уже суетился за запуском двигателя. Елена рванула к кратеру.

— Дементьева! — крикнул вслед Семенов. — Назад!

— Оружие! — девушка на ходу обернулась, продолжая бежать спиной вперед.