Для кого-то это была семья.

Для кого-то золото и уважение рода.

А для кого-то вспыхнувшая под конец жизни любовь к живущей неподалеку вдовушке.

Страх за близких, алчность и, конечно же, любовь — были теми щипцами, которыми Муром и вытаскивал из химер человеческое начало.

И стоило костяным створкам раскрыться, выпуская посиневшую от времени голову, как Алеша и Добрыня были тут как тут.

И всякий раз им везло.

То у Алеши выпадет крит, поражая улизнувшую было голову химеры, то Добрыня случайно активирует плетение чуть раньше и выжжет нутро через едва заметную щель в броне…

И если в начале богатыри рассчитывали управиться до вечера, то очень скоро поменяли свое мнение.

День сменился вечером, вечер ночью, ночь утром, а хижинам некроманта все не было конца.

Топтыгин ревел от усталости, фейри едва шевелили крыльями, указывая дорогу, а богатыри…

Богатыри упрямо шли вперед.

До тех пор, пока хижины не закончились.

— Семнадцатая, Добрынь, — прохрипел Муром, присаживаясь рядом. — Последняя.

— Точно? — неверяще уточнил маг, резервуар которого в какой уже раз показывал дно.

— Точно, — заверил друга Алеша, с завистью поглядывая на усевшихся на бревно друзей. — Вон и подтверждение сидит.

Увы, но Алеше отдыхать было рано.

Они с Топтыгиным внимательно следили, чтобы пожар не перекинулся на сосновый бор, как это чуть было не произошло с десятой по счету хижиной.

Что до подтверждения, то на сырой от выпавшей росы травке сидел изможденный человек, которого богатыри вытащили из клетки.

Бедолага все никак не мог напиться и, похоже, не понимал, какой участи он избежал.

— Эй, друже! — окликнул его Муром. — Кто, говоришь, тебя сюда завел?

— Проводник, — отозвался человек, с явным сожалением отрываясь от фляги. — Увы, но уважаемого Гориса, похоже, разодрали те ужасные костяные гончие, которых вы, мил судари, сожгли.

Муром переглянулся со своими друзьями и облизал губы — сейчас он жутко походил на взявшего след охотничьего пса.

— Горис, говоришь? А где ты нашел этого проводника?

— Знамо где, — охотно отозвался спасенный. — В пригородной таверне «Тихое место». Горис проводит там все свободное от заказов время. Вернее… проводил.

— Алеша…

Муром со значением посмотрел на друга, но тот, вместо того, чтобы кивнуть и, взяв Топыгина, отправиться на поиски своего клиента, хитро прищурился.

— А скажи-ка нам, мил человек, твой проводник… куда должен был тебя довести?

— До деревушки Малые Выхи, — не стал отпираться спасенный. — Поступила жалоба, что там утаивается урожай. А что?

— Да ладно! — Муром неверяще посмотрел сначала на Алешу, потом на спасенного человека. — А ты у нас…

— Коллежский регистратор Айван Хлестов, — спасенный с достоинством расправил плечи и выпятил впалую грудь. — Согласно приказу мэра Сибурска временно уполномочен на должность выездного… ревизора.

— Хах! — Муром хлопнул по коленям, обвел друзей победным взглядом и, не удержавшись, процитировал любимую с детства пьесу.

— Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор!

Он посмотрел на смутившегося было Айвана Хлестова и добавил.

— Точнее, уже приехал.

Глава 13

— Значит, говоришь, поступила жалоба?

Богатыри и спасенный ревизор разместились вокруг небольшого костра, отдыхая после бессонной ночи.