– Слушай сюда, падаль! – проревел надсмотрщик. – Ты теперь раб на галере его величества шаха Казада! Понял?!

    – Да, да, господин, – поспешно закивал маг, – я все понял. Только не бейте меня больше, пожалуйста…

    – Станешь лениться, отхватишь кнута, – равнодушно буркнул верзила и зевнул. – Воду дают два раза в день, жрать – один раз. Плохо работать будешь – пайку не получишь.

    Старик притворился испуганным, вжал голову в плечи и преданным, собачьим взглядом уставился на надсмотрщика. Тот, решив, что раб сломался, довольно хмыкнул и осклабился.

    – Господин, я все понял, – снова поклонился маг. – Но умоляю, скажите мне, как я сюда попал?!

    – А неча нажираться по кабакам с теми, кого не знаешь! Вот твои новые дружки тебя сюда и продали. Тут и сдохнешь! И рыбки тебя скушают. За нами всегда рыбки плывут, вот с такими зубками.

    Надсмотрщик показал руками, какие у акул зубы, и грубо заржал. Потом снова вытянул мага кнутом поперек спины и рявкнул:

    – Греби давай, гнида старая!

    Стиор вздрогнул, но сдержал крик – к боли ему не привыкать. Однако дал себе слово, что смерть этого надсмотрщика не будет легкой. Маг огляделся по сторонам и ухватился за край весла, которым гребли двое других рабов, сидящих на одной с ним скамье. Через несколько минут удалось уловить ритм движений, и Стиор включился в работу. Ему сейчас нужно было только одно – чтобы его оставили в покое. Работа не мешала, прирожденный маг всегда мог использовать внешний источник энергии и работать очень долго, не затрачивая при этом своих сил. Надсмотрщик немного понаблюдал за ним, удовлетворенно кивнул, похлопал мага по плечу и ушел по своим делам. Стиор уже начинал задыхаться, дожидаясь этого момента, поэтому тут же нащупал ближайшую силовую линию и подключился к ней, замкнув полный круг энергооборота. Мало кто из магов Танра умел делать это, а те, кто умел, передавали секрет только ближайшим ученикам. Да и без больших способностей применить такие заклинания могли не многие – только прирожденные маги и высшие магистры, берущие силу мастерством. Теперь Стиор мог грести сутками. Но придется то и дело имитировать усталость – внимание окружающих было старому магу ни к чему. Он осторожно посмотрел по сторонам, оценивая состояние галеры.

    – Шо зыришь, старый? – насмешливо, хоть и шепотом, спросил его сидящий рядом раб. – Больше тебе уж ничо не увидать, токо энтот трюм. Тута мы все и издохнем.

    – Так работа же тяжелая, – так же шепотом ответил маг. – Зачем они такого старика, как я, купили? С меня же толку мало…

    – Ты шо, старый, с неба рухнул, шо ли? – ухмыльнулся сосед. – Это ж кадаирская галера, у них рабы, шо мухи мрут, каждый рейс трюмников меняют. Они и до Тирхома едва доплелись, рабов с десяток живых осталось. Гнались за кем-то, гребцам роздыху не давали, вот те и перемерли. А на берегу покупали, шо предложат подешевле.

    – Но зачем же так?

    – Кадаирцы, кто их, слуг пророка, разберет… Нам еще повезло, шо у них денег почти не осталось, так капитан приказал рабов чуток поберечь.

    – А ну заткнитесь, скоты!

    Кнут надсмотрщика прошелся по спинам собеседников. Стиор вздрогнул от пронзительной боли и снова дал себе слово разобраться с этим надсмотрщиком так, чтобы тот пожалел о своем рождении. Затем заставил себя полностью отдаться ритму гребли, очистил сознание и начал вспоминать случившееся за последний год.