|
В смены с 16.00 и 0.00 они снимают стружку с колоши, т. е. уменьшают железо в сплаве, и первую плавку делают с очень высоким содержанием кремния, хотя по весу она и не очень велика. В момент выпуска они отбирают от нее не одну пробу для экспресс-анализа, а десяток, и эти пробы прячут в укромном месте. Далее они валят в печь железную стружку, печь стружку плавит легко, соответственно следующие три плавки смены получаются большими по весу, но, само собой, разбавленные железной стружкой, они имеют низкое содержание кремния. Теперь пробы с высоким кремнием, взятые от первой плавки, подогреваются, чтобы контролеры ОТК и химики ничего не заподозрили, и несутся в химлабораторию на анализ. Анализ получается, само собой, высокий, общая выплавка по смене — большая, премии очень большие, а реально этот металл может быть откровенным браком по низкому содержанию кремния. Несколько лет назад у нас тут поснимали за это и бригадиров, и мастеров, и вроде все затихло. А теперь вот снова! И, судя по всему, начальник цеха не в курсе дела, что у него вновь вспышка рвачества, иначе не стал бы привлекать к этому наше внимание. Между тем, это дело сугубо цеховое, такие вещи должны выявляться и пресекаться в цехах, а не загружать ЦЗЛ и техотдел дурацкой работой. Так что Друинскому будет о чем побеседовать с начальником цеха и старшими мастерами на тему о том, что ФС-20 «такое же говно, как и ФС-18».
Я не помню, чем эта моя работа закончилась для ИТР второго цеха, но после этого никогда больше вопрос о низком качестве ФС-20 не вставал. А вот еще случай тупого рвачества умников. Автомобильный завод в Тольятти потребовал у нас ферросилиций ФС-45 фракции 20–80 мм, то есть в кусочках не менее 20 и не более 80 мм. Был построен дробильно-сортировочный узел, но при дроблении образовывалось 15–20 % кусочков до 20 мм, которые трудно было кому-нибудь сбыть, и которые по этой причине возвращались на печь, лопатами сбрасывались на колошник и заново переплавлялись. Мой тогдашний начальник, начальник металлургической лаборатории ЦЗЛ А.А. Парфенов, разработал и внедрил эффективный способ переработки этих кусочков. При разливке ковша с ферросилицием на разливочный машине эта мелочь дозировалась (подсыпалась с определенным расходом) под струю металла прямо в мульды в количестве, при котором она успевала оплавиться и составить со слитком одно целое. Этот способ дал возможность сократить расход электроэнергии, который раньше требовался для повторного расплавления мелочи в печи, и увеличить стойкость мульд. И все шло хорошо, пока мы ферросилиций фракции 20–80 мм не стали поставлять на экспорт. В начале поставок возникли разногласия с фирмой, анализирующей наш металл за рубежом, о чем я расскажу специально, и нас обвинили в том, что у нас кремния в сплаве на самом деле на 2–3 % меньше, чем мы указываем в документах. Мы с этим разобрались, но не сразу, а по получении тревожного сигнала было принято решение дробить для экспорта только металл, в котором не менее 45 % кремния. В марке ФС-45 разрешается иметь содержание кремния от 42 до 47,5 %, печным бригадам выгодно плавить металл с кремнием под верхним пределом марки, поэтому мы полагали, что проблем не будет — металл с кремнием 45 % и выше будет передроблен и пойдет на экспорт, а металл с содержанием ниже 45 % будет прямо в слитках отправлен «по Союзу». И началось непонятное. Пока экспортных заказов не было, т. е. металл не дробился, обе печи плавили ФС-45 с анализами выше 46 %, поскольку, повторю, так выгоднее. Но как только начинали исполнять экспортный заказ, как по команде все бригады начинали плавить металл с содержанием кремния ниже 45 %, который, напомню, не дробился и отправлялся только отечественным заводам. В причинах этакого патриотизма разбирался техотдел и вот что выяснил. Если все бригады плавят ферросилиций для экспорта, то весь металл дробится, и фракция менее 20 мм отсевается. |
