|
-- Не забывайте, -- воскликнул д'Артаньян, -- что здесь речь идет о женщине, о женщине, которую похитили, которая, несомненно, подвергается угрозам... возможно, пыткам, и все это только потому, что она верна своей повелительнице! -- Осторожней, д'Артаньян, осторожней! -- сказал Арамис. -- Вы чересчур близко, по-моему, принимаете к сердцу судьбу госпожи Бонасье. Женщина сотворена нам на погибель, и она источник всех наших бед. Атос при этих словах Арамиса закусил губу и нахмурился. -- Я тревожусь не о госпоже Бонасье, -- воскликнул д'Артаньян, -- а о королеве, которую покинул король, преследует кардинал и которая видит, как падают одна за другой головы всех ее приверженцев! -- Почему она любит тех, кого мы ненавидим всего сильней, -- испанцев и англичан? -- Испания ее родина, -- ответил д'Артаньян, -- и вполне естественно, что она любит испанцев, детей ее родной земли. Что же касается вашего второго упрека, то она, как мне говорили, любит не англичан, а одного англичанина. -- Должен признаться, -- заметил Атос, -- что англичанин этот достоин любви. Никогда не встречал я человека с более благородной внешностью. -- Не говоря уже о том, -- добавил Портос, -- что одевается он бесподобно. Я был в Лувре, когда он рассыпал свои жемчуга, и, клянусь Богом, подобрал две жемчужины, которые продал затем по двести пистолей за штуку. А ты, Арамис, знаешь его? -- Так же хорошо, как и вы, господа. Я был одним из тех, кто задержал его в амьенском саду, куда меня привел господин де Пютанж, конюший королевы. В те годы я был еще в семинарии. История эта, как мне казалось, была оскорбительна для короля. -- И все-таки, -- сказал д'Артаньян, -- если б я знал, где находится герцог Бекингэм, я готов был бы за руку привести его к королеве, хотя бы лишь назло кардиналу! Ведь наш самый жестокий враг -- это кардинал, и, если б нам представился случай сыграть с ним какую-нибудь злую шутку, я был бы готов рискнуть даже головой. -- И галантерейщик, -- спросил Атос, -- дал вам понять, д'Артаньян, будто королева опасается, что Бекингэма сюда вызвали подложным письмом? -- Она этого боится. -- Погодите... -- сказал Арамис. -- В чем дело? -- спросил Портос. -- Ничего, продолжайте. Я стараюсь вспомнить кое-какие обстоятельства. -- И сейчас я убежден... -- продолжал д'Артаньян, -- Я убежден, что похищение этой женщины связано с событиями, о которых мы говорили, а возможно, и с прибытием герцога Бекннгэма в Париж. -- Этот гасконец необычайно сообразителен! -- с восхищением воскликнул Портос. -- Я очень люблю его слушать, -- сказал Атос. -- Меня забавляет его произношение. -- Послушайте, милостивые государи! -- заговорил Арамис. |
