Немного подумав, Сергей сказал:

— Знать о человеке всё невозможно, Юрий Владимирович. Честно говоря я куда больше времени потратил на то, чтобы прочитать книги, которые были написаны о вас.

Андропов улыбнулся и спросил:

— И что же в ваше время писали обо мне? Наверное гадости?

Сергей улыбнулся и воскликнул:

— Не угадали Юрий Владимирович! По сути дела о вас не написано ни одного нелестного высказывания. Все авторы, как на перебой, хвалят вас, называют западником, реформатором и очень сожалеют о том, что вы не пришли к власти раньше. Тогда бы ваши реформы были бы на два порядка успешнее горбачёвской перестройки, ведь вы, как говорят, вынашивали планы демократизации общества, а не развала страны.

Андропов предупреждающе поднял руку и сказал:

— Не надо мне так неуклюже льстить, Сергей.

— Ну, если разговор зашел о лести, Юрий Владимирович, то позвольте мне прочитать некие стихотворные строки.

Сергей поставил локти на стол, сплёл пальцы, опустил на них подбородок и глядя мимо Андропова, стал декламировать:

Андропов смущённо улыбнулся и опустил глаза и тут Сергея, словно озарило. Он быстро открыл ноутбук и сказал:

— Юрий Владимирович, за всё то время, что я нахожусь во временной петле, произошло несколько чудесных исцелений, причём исцелены были те люди, которые стояли со мной плечом к плечу. Моя невеста, с которой я встретился в семьдесят шестом, в две тысячи десятом, будучи женщиной пятидесяти шести лет от роду, прямо на моих глазах сделалась двадцатидвухлетней красавицей, точно такой же, какой вы её видели. Более того, исчезли все последствия той операции, которую ей сделали. Мой хороший друг, бывший сотрудник ФСБ, которому пришлось побывать в Эритрее, потерял там ногу и она у него выросла заново. Причём он в этот момент поднимался ко мне на лифте и из его сапога исчез протез, а вместо него появилась его собственная нога. Давайте я покажу вам всё это, Юрий Владимирович. Только извините меня, но мне придётся показывать вам на компьютере только то, что относится к делу. Поэтому я буду время от времени переключаться с одного файла на другой. Сначала я покажу вам, как познакомился с Юлей в самый первый раз.

Сергей включил компьютер и показал Юрию Владимировичу, как он признавался Юле в любви. После этого он показал ему её кун-фу, несколько раз останавливая кадр и показывая узкий шрам на её животе. Потом он показал отчёт профессора Бельчикова и в завершении всего босую ногу Андрея, включая то, как он появился в его квартире, после чего сказал:

— Юрий Владимирович, о Леониде Ильиче я действительно знаю не так уж и много, но мне известно, что он большой жизнелюб. Уже сейчас он жалуется на здоровье, но мне кажется, что если он отважится на перемену курса, то ему воздастся за это сполна. А иначе зачем те, кто меня сюда отправил, вернули Юле молодость, а Андрею ногу? Мне в отношении здоровья они мало чем могли помочь, хотя как знать, ведь моя раненая нога после операции зажила всем на удивление очень быстро и что самое главное, я уже через год даже не хромал. Может быть вам стоит показать Леониду Ильичу сначала этот фильм? Я смогу смонтировать его и записать на диск всего за час. Ну, а после этого дать ему посмотреть на то, что сделали с нашей страной американские ракеты и после этого показать уже фильм с нашей историей.

К удивлению Сергея, уже приготовившегося к отказу, Андропов кивнул головой в знак согласия и сказал:

— Знаете, Сергей, а ведь это даже как-то созвучно тем моим стихам, которые вы мне продекламировали. Думаю, что вы правы, именно этот фильм стоит показать Леониду Ильичу первым, ведь в нём чётко прослеживается то, о чём вы мне сказали, — чудесное исцеление. Вряд ли тем, кто проявит политическую волю в этом вопросе будет возвращена молодость, это сразу же бросится всем в глаза, но и он, и я можем надеяться хотя бы на то, что отступят наши хвори.