На то, чтобы полностью очистить свой домашний купол от пыли, у Сергея Александровича ушло часа четыре. За это время он набил марсианской пылью шесть мешков и все они были сложены в одном месте, рядом с тамбуром главного выхода. Спустившись вниз на страховочных леерах, он подал команду дистанционным пультом управления и страховочный механизм, смотав леера, убрал в себя телескопическую штангу. Добравшись до своих мешков, битком набитых пылью, он вызвал по радио электрокар и когда тот приехал, забросив мешки в кузов, попросил водителя отвезти его вместе с ними в химическую лабораторию. Её руководитель поначалу не поверил своим глазам, увидев перед собой чистильщика куполов столь высокого ранга и когда Сергей Александрович спросил его, из чего состоит пыль, ответил:

— Ну, в основном это кремнезём. А зачем вам нужен её химический состав, товарищ главный координатор?

Улыбнувшись, Сергей Чистяков спросил вместо ответа начальника химической лаборатории:

— Саша, скажи, сколько времени потребуется, чтобы истолочь тот кремнезём, который грудами валяется у нас под ногами, до точно такого же состояния?

Химик ухмыльнулся и ответил:

— Достаточно много, Батя, а ещё для этого нужна хорошая шаровая мельница с шарами из очень прочного материала и лучше всего мокрого, а не сухого помола. Только я что-то не пойму тебя, зачем тебе нужна эта пыль, её на Марсе и так хватает?

— Хорошо, сейчас постараюсь объяснить. — Кивнув головой сказал Сергей Чистяков — Из чего состоит мультитекс?

Химик, работающий в корпорации «Сименс-РКТ», не задумываясь ни на секунду ответил:

— Дюпоновский из каменноугольной смолы, ацетона, бутадиена и каменноугольной пыли. Это никогда не было для нас секретом. Ну, а наш, марсианский, из смеси спирта и животного жира в качестве легкоплавкого связующего и тонко измельчённой серы, но сера, испаряясь в камерах нагрева, почти не даёт ядовитых соединений. Кислород же в реакции в большом количестве не присутствует и мы не загрязняем атмосферу.

Сергей Александрович поднял палец вверх и спросил своего бывшего уже сотрудника с нажимом в голосе:

— Вот я испрашиваю, Саша, зачем молоть в пудру серу в таких количествах, если мы можем добавлять в свой, марсианский мультитекс марсианскую же пыль? Форсунок она нам точно не забьёт, а в пламени вольтовой дуги что угодно мигом превратится в плазму и даст отличную тягу. Мы ведь ещё не скоро обзаведёмся атмосферой, так что экологию на Марсе не испортим и перейдём на чистое, водородно-кислородное топливо лет через двадцать пять или тридцать. Но это лишь первый вариант её использования, Сашок. Ты со своими ребятами должен придумать, что ещё можно делать из этой пыли такого, чтобы она на Марсе сразу же попала в разряд дефицитного сырья. Только так мы избавимся от неё в ближайшие годы. Пыльные бури её таскают буквально по всей планете, так что достаточно собирать эту пудру в нескольких местах, как этой дряни станет намного меньше. Задача ясна? Если ясна, вот тебе мешки с пылью, а я отправлюсь чистить другие купола, но сначала пойду пообедаю. Ну, а ты, как только тебе на ум придёт что-то гениальное, сразу же связывайся со мной, я назначаю твою компанию главным поглотителем пыли.

Сергею Чистякову пришлось чистить купола ещё целых полгода, прежде чем Александр Григорьевич Карташов попросил его зайти в свою лабораторию. Когда он закончил работу и прикатил в отдельно стоящее большое здание первого марсианского химического завода, то там ему показали с полсотни самых разнообразных изделий, изготовленных из блестящего материала приятного нежно-бежевого цвета. Это была как обычная сантехника, так и различные декоративные украшения, а вместе с ними очень прочная плитка и довольно большие листы какого-то материала похожего на очень прочный пластик.