С таким напутствием Сергей достал из сейфа две пачки купюр по сто евро и протянул их парню вместе с видеокамерой. Тот улыбнулся, взял одну видеокамеру и с насмешливой улыбкой, вдруг, перейдя на вы, хотя они были на ты, сказал в ответ:

— Сергей Александрович, за ту зарплату, которую мне платят в «Главпродснабе» и особенно за то, что лично вы помогли открыть мне свою собственную мультимедийную компанию, я готов исполнить любую вашу просьбу и если это потребуется, потратить для этого все свои собственные деньги. Поверьте, я и так обязан вам всем, что имею, и поэтому денег не возьму.

После этого он взял с собой пятерых парней из своего отдела, трёх девушек из корпоративной столовой, своего секретаря-референта и поехал в Перово, на Зелёный проспект на своём «Рейнджровере». Роман сидел рядом с ним, а все остальные ехали в пассажирском автобусе, переделанном в небольшое кафе на колёсах и в ещё одном полугрузовом автобусе. Первым делом Сергей заехал в самый дорого цветочный магазин и лично выбрал для Юлии Дмитриевны огромный букет тёмно-бордовых роз и хрустальное ведро для них. Затем они поехали в магазин радиоэлектроники, где его сотрудники купили пусть и не самый большой домашний кинотеатр, но зато из разряда самых дорогих.

Они поднялись в лифте на пятый этаж и Сергей с волнением нажал на кнопку звонка восемьдесят первой квартиры даже не зная, дома Юля или нет. Когда он услышал за дверью обитой красным дермантином торопливые шаги, сердце его бешено заколотилось, а на лбу даже выступила испарины. Повернулся в замке ключ, дверь открылась и Сергей, увидев перед собой стройную, красивую моложавую женщину одетую в коричневое платье и светло-бежовую кофту ручной вязки, не выдержал, встал перед ней на одно колено, протянул ей цветы и воскликнул:

— Юлия Дмитриевна, я Сергей! Сергей Чистяков. Молю вас, впустите меня, чтобы я мог вам всё объяснить. Мне очень нужно с вами поговорить, я друг старого сослуживца вашего отца. Он работал под его руководством в Пятигорске.

Юлия Дмитриевна, увидев молодого парня с цветами, стоящего перед ней коленопреклонённо, невольно вскрикнула и её карие глаза наполнились слезами. Она порывисто вздохнула, быстро шагнула вперёд, взяла цветы и громко, как-то навзрыд, протяжно воскликнула:

— Серёженька, дорогой мой, встаньте! Боже, какой же вы красивый и какие прекрасные розы вы мне принесли. Вставайте же, Серёженька, и входите скорее. Что же вы стоите. Ну не стойте же вы так, входите скорей.

Юлия Дмитриевна попятилась назад, пропуская Сергея в квартиру. Он вошел в прихожую и отрывисто сказал:

— Роман, входи. Пройди на кухню, набери в вазу воды и принеси её в комнату, да, не забудь насыпать в воду тот состав, что дали мне в магазине.

— Да-да, Роман, входите! — Возбуждённо воскликнула Юлия Дмитриевна — Входите, пожалуйста, помогите мне разобраться с этими дивными розами. Никогда ещё мне никто не дарил такого чудесного букета. Я еле держу его в руках.

Это была обычная трёхкомнатная московская квартира, обставленная довольно старой и уже изрядно обветшалой мебелью. Юлия Дмитриевна, в которой Сергей сразу же узнал свою прежнюю Юлю, выглядела значительно моложе своих пятидесяти шести лет. На вид ей нельзя было дать больше сорока. Волосы её были по-прежнему ярко-каштановыми и в них он заметил всего лишь несколько седых волосков.