Некоторое время они сидели молча, крепко обнявшись. Потом Джози усмехнулась.

— Эти копы, наверное, подумали, что мы три лесбиянки и занимаемся любовью, — сказала она своим хриплым сексуальным голосом, которому аккомпанировало завывание ветра за окном.

Анжелика фыркнула, а Кло вытерла слезы с распухших глаз.

— Теперь сплетникам в Лоло будет о чем поговорить, — улыбнулась она.

— Представляю, какие слухи поползут завтра! — добавила Анжелика. — В самой уважаемой семье города выросла дочь с неправильной сексуальной ориентацией!

— Ну, с тобой-то в этом плане все в порядке, — фыркнула Джози. — Ты кончаешь каждый раз, как только посмотришь на Куинна Лайтфезера. У тебя прямо слюнки текут по подбородку. Эй, ты меня сейчас задушишь, и я не смогу объезжать лошадей для клиентов!

— Так это Куинн? Да? — подхватила Кло.

— Я не могу расточать мои неповторимые многочисленные головокружительные оргазмы только на одного несчастного Куинна, — светским тоном объявила Анжелика.

Все расхохотались.

— Ну, конечно! — фыркнула Джози. — Если тебе надо покрасоваться, ты тащишь с собой беднягу Лайма Маккензи. Но стоит Куинну только случайно тебя коснуться, как ты тут же вся горишь. Тут уж действительно можно сбиться со счета! Все, хватит смеяться, а то мне придется сушить свои трусы у Стеллы на печке, прежде чем ехать домой.

Но вся троица уже не могла остановиться. Они хохотали до слез.

— Уф, все, я больше не вынесу. У меня болят бока от смеха, — сказала Анжелика, вытирая слезы, и внимательно посмотрела на Кло. — Ну, как, тебе лучше?

Кло молча кивнула. Они снова были вместе! Одна рука ее была в руке Джози, другая у Анжелики, как в тот день, когда умер ее отец. Кло вглядывалась в их лица — уже взрослых женщин, переживших столько трудностей в прошлом, — и вспоминала смешливых девчонок.

Они были ее частью, она навсегда отдала им свое сердце.

— Знаете, я снова взяла себе фамилию Мэттьюз, — сказала она.

— Она тебе больше подходит, — убежденно заявила Джози. — Пошли посмотрим, что твоя мать припасла для нас в холодильнике.

— Потрясающе! Кло в городе всего второй день, а ты вчера появился здесь весь на взводе и сегодня опять здесь. Кло полезна для моего бизнеса! — усмехнулся Куинн Лайтфезер, наполняя кружку пивом для Майкла. — Кстати, мне только что пришлось вышвырнуть отсюда Эдди Ливингстона. И, честно говоря, мне это понравилось. Такого разодетого, важного подонка — прямо в грязный снег на мостовую! — Он протер полотенцем стойку и пригляделся к Майклу. — Кло всегда закручивала вокруг себя вихри, даже когда была совсем девчонкой. Ты уже влип, да?

Майкл окунул палец в пиво, затем в солонку, обвел солью край бокала и выпил холодное пиво. Ему не понравилось, что Куинн говорил об этом, но еще меньше ему нравились собственные чувства, вызванные появлением Кло.

— Лучше будем считать, что я устал сегодня от работы на ранчо. Я слишком много лет не брал в руки лопату и не копал ямы.

— Ну и ну! Почва достаточно промерзла, а ты мысленно сражался с Кло. Зачем же тебе это понадобилось сейчас? Наверное, нечего притворяться. Ты прекрасно знаешь — если Кло здесь останется хоть ненадолго, что-то непременно случится. Между прочим, я подслушал полицейское сообщение, что они втроем — Дикие Ивы — пьянствовали сегодня в старом фургоне Кло.