— Вот этого самого — правды между нами, — ответил Майкл, яростно посылая себя ей навстречу.

Он жадно завладел ее губами, ладонями подхватил ее ягодицы, прижимая к себе. Кло задохнулась от удивления, когда он стал вонзаться в нее со всей страстью. «Это музыка, — подумала она отрешенно. — Поэзия… прекрасная, ожившая поэзия!» От его вторжений не было больно, она лишь чувствовала его твердую силу, вонзавшуюся в ее самую сокровенную глубину. Он стал ее частью — первобытной, необходимой, как воздух. «Мой!» — торжествовала она, в диком порыве посылая себя навстречу. Только Майкл существовал для нее сейчас на свете. Он был всем миром, обрушившим на нее свою силу.

Но и она отдавала себя щедро, безудержно. Это было то, чего она всегда ждала и хотела. Эта проснувшаяся в ней часть — первобытная, дикая, о существовании которой она и не подозревала, властно требовала и отдавалась Майклу со всей полнотой страсти. Это был настоящий, живой Майкл, который терзал ее тело в яростной схватке, уверенно ведя к наслаждению, которое неумолимо зрело в ее теле.

Ноги Кло обвились вокруг его бедер, она била его по плечам, чтобы удержать крик, пока в ней нарастала мощная волна. Она прижималась к нему в бешеном порыве, отзываясь на каждое его движение. Дыхание вырывалось у них, смешиваясь в едином ритме, опаляя лица. Она устремлялась ему навстречу, открывая самую первобытную суть, забыв о цивилизации и обо всем мире. Она подчинялась сейчас только одному, великому закону, устремляясь к вершине существования.

Кло застыла в изумлении, когда ее пронзил первый взрыв наслаждения. Она откинулась назад и замерла, Майкл тоже остановился, выжидая.

— Кло, — мягко шепнул он, наклоняясь и целуя ее грудь, пока ее сотрясали волны экстаза.

Она хватала воздух ртом, целиком сосредоточившись на том, что происходит в ее теле. Возвышаясь над ней, Майкл понимающе улыбнулся.

— Вот теперь это уже на что-то похоже, радость моя. У тебя на лице, наконец, отразилось чувство.

Она пробежала пальцами по его горячей, потной груди. Он был таким живым и сильным! Слишком сильным… Медленно-медленно он захватил губами ее сосок и осторожно прикусил. Кло закричала и выгнулась по ним, сотрясаясь от волн наслаждения, опять нахлынувших на нее. Судорожно гладя его щеки, она прижалась к нему.

— Ох, радость моя, — нежно прошептал Майкл, целуя ее.

Она хотела что-то сказать, но его рука коснулась ее сокровенного места, посылая Кло назад в сияющий мир. Новые волны пронзили ее, заставляя схватить его за волосы, чтобы не утонуть в наслаждении, сотрясавшем ее тело.

И опять время остановилось, когда Майкл задвигался в ней. Ее крик отдавался от темных стен, наполняя комнату. Майкл весь горел, проникая в нее все глубже и глубже. Где заканчивался он и начиналась она?..

Кло отдавалась ему, беря то, что он щедро давал, выгибаясь ему навстречу, находя нужный ритм и ведя его за собой на равных.

И опять она достигла вершины, окунаясь в пульсирующее наслаждение, но не успела прийти в себя, как оно стало еще острее. Кло задохнулась от крика.

— Майкл… — выдохнула она, охваченная пламенем.

Наконец его тело тоже напряглось, прижавшись к ней так крепко, насколько она могла выдержать, и отдавая ей всего себя. И затем, на этой ослепительной вершине, Майкл выпрямился и хрипло закричал, как будто расставаясь с собственным телом. И упал, зарываясь в ее шею и покрывая поцелуями потную кожу, не в силах оторвать от нее своих губ. Они содрогались в едином, головокружительном ритме экстаза, воспарив над землей.

Потная, опустошенная, полная до краев восторженным ликованием, Кло разжала руки.