Он повернулся полюбоваться на свою работу. Только одного попугая в клетке он оставил живым. Специально для того, чтобы старуха поняла и всегда помнила, что ей лучше держаться от Клуба подальше.

В «Лонг Хорне» Куинн позволил себе еще раз подышать сладковатым дымом. Его опять разбудил горький плач ребенка.

Огненная Женщина шла в ночи, рождая грозы и наслаждаясь ими.

Волки опять дрались, и молодой волк становился все сильнее.

Цветок горной примулы стал огромным, его лепестки открылись, корни вспучили землю вокруг скалы, стоявшей тут с незапамятных времен.

— Ты не хочешь ничего мне сказать? — хрипло прошептал Майкл, приподнявшись над ней. Кровать скрипнула под их весом, когда он опять вошел в нее. Кло задержала дыхание, приподнимая колени, и ее удивило, рыдание, подступившее к горлу. Яростная, дикая сила управляла ею, заставляя бросаться навстречу Майклу и терять самоконтроль. Она заставила себя сдержаться, чтобы немного прийти в себя.

— Нас здесь двое, Кло, — негромко сказал Майкл.

Она могла в любой момент оттолкнуть его. Мрачное лицо нависло над ней, в проницательном взгляде снова не было ничего нежного. Майкл замер в ожидании, его глаза горели, как у охотника, караулившего добычу.

Жар опять волной прокатился по ее телу, когда Майкл опустился на нее. По его напряженным плечам она поняла, что он сдерживает себя, не позволяя привести все к ослепительному концу, который она так жаждала испытать.

Он опять не давал ей ничего, заставляя бороться за свое желание! В напряженной тишине она слышала только удары собственного сердца. Желание расплавляло ее кости, такое примитивное и пугающее…

Но она не могла отдать ему все. Не могла позволить ему взять над собой верх.

— Это ничего не изменит. Я не хочу впускать тебя в свою жизнь, в свой бизнес…

— Не считай, пожалуйста, что я буду следовать установленным тобой правилам, — прошептал он, дотронувшись губами до пульсирующей на ее горле жилки. — Слишком поздно, Кло… Ты опоздала. Ну, попробуй, скажи мне сейчас, что ты хочешь, чтобы я остановился!

Кло промолчала, и он задвигал бедрами, проникая в нее все глубже. У Кло перехватило дыхание от наслаждения.

— Да… Да, Майкл! — вырвалось у нее. Она закрыла глаза и упрямо приподняла подбородок, яростно посылая себя ему навстречу.

— Открой глаза, черт возьми! Я хочу, чтобы ты знала, кто я такой… — хрипло прошептал он, входя в нее до конца, — и застыл. Его шумное дыхание заполнило комнату. Или это она так дышала?

Кло не двигалась, сосредоточившись на огне, разгоравшемся в ней, на желании, требовавшем разрешения в той точке, где кончалась она и начинался он…

— У вас это именно так происходило? Ты лежала под ним, позволяя ему делать все самому? — Майкл встряхнул ее за плечи, и кровать заходила под ними ходуном. — Не пытайся проделать это со мной, сладость моя.

Гнев в его голосе не испугал ее, потому что он был прав. Она была лишена такого в прошлом. Но сейчас она была с Майклом — каждой клеточкой, каждым дыханием, каждым ударом сердца и прикосновением.

Кло вцепилась в его плечи руками, прижимая к себе и не позволяя ему отпрянуть.

— Чего ты хочешь еще? — спросила она, глядя на него бешеными глазами. Она вся дрожала от полыхавшего внутри ее огня и прижималась к нему всем телом, боясь отпустить.

— Вот этого самого — правды между нами, — ответил Майкл, яростно посылая себя ей навстречу.