|
— Так не лезь в кусты. Иди по тропинке, — этот голос был скрипучий какой-то, словно по стеклу железом возили.
Событие пятьдесят пятое
Первым позывом было брякнуться на землю. Вторым тоже. Но не тринадцать же лет сознанию. Константин Иванович понимал, что резкое движение, наоборот, увидят разбойники, да и услышат. Потому, медленно он стал приседать. Видимо недостаточно медленно, так как едва он присел, схоронившись за маленькой ёлочкой, как там впереди один из бандитов шикнул и проскрипел своим неестественным голосом:
— Ш! Чего-то там шевелится⁈ — ель Коське по пояс и сильно-то за неё не спрячешься, но всё же темно — ночь.
— Заяц. Пошли. Жрать хочется, кроме ягод целый день ничего не ел, — давай, послушайся умного человека, попросил парень скрипучего. Это просто заяц. Серый заяц.
— Пойду посмотрю, — проскрипел этот гад недоверчивый.
— Иди, я пошёл, ждать не буду, — повысил голос с шёпота, до свистящего шёпота бандит и в самом деле шаги затопали по тропинке.
Прошедший уже пару метров скрипучий, остановился, хмыкнул, сплюнул и поворотил, поспешил догнать голодного.
А Касьян ещё минуты три сидел на корточках и дышал. Он же без оружия совсем пошёл. Руки заняты, придётся плыть и мечи всякие на поясе мешать будут. Плотик да корзинка с гостинцами — вот и всё оружие. Продышавшись и дождавшись, когда сердце не в горле будет стучать, а там куда его положили, пацан стал отползать. Где-то там в мозгу было опасение, что это бандиты сделали вид, что ушли, а на самом деле кружок сейчас небольшой сделают и выйдут мстителю-отравителю во фланг. Но когда метров на десять гусиным шагом задом наперёд Коська отполз, то усталость победила осторожность и он, выпрямившись уже, в хомосапиенсном состоянии отошёл ещё метров на двадцать и залёг за кустом лещины.
Бандиты появились не скоро. Видимо дегустировали кашу у старосты. Шли они спокойно, переговариваясь и забыв, что тут им чего-то показалось. А вскоре и вёсла зашлёпали по воде.
Продолжить террористический акт Коська решился ещё через полчаса, когда комары до того одолели, что опасность был зарубленным мечом показалась ерундой по сравнению с опасностью лишиться всей крови. И ведь не врежешь себе по щеке со всего замаха, слышно.
Пройдя по тропинке до того места, где тати оставляют лодку, Коська выглянул из-за прибрежных кустов. Здесь деревьев не было и потому гораздо светлее, река серебристой лентой сверкала в ряби от небольшого ветерка. Куинджи сюда нужно было забросить, а не его, подумал Константин Иванович. Парень прислушался. Тихо всё. Да, тихо в лесу, только не спят дрозды…
Никаких посторонних шумов с той стороны слышно не было, и Коська решился, он разделся, разместил корзинку на плотике и поплыл на тот берег. Лодку в темноте пацан не сразу нашёл. Он увидел согнутые камыши и в них направился, дошёл до топкого берега и ничего. Нет лодки. Пришлось плыть вдоль берега и искать другие примятые камыши. Нашлись они метров через двадцать, перепрятали бандиты лодку, теперь она в самом конце этого куска берега, заросшего камышом и рогозом. Поставив корзинку под лавку, чтобы она сразу в глаза не бросилась, Коська отправился в обратное плавание.
Всё, теперь спать. Завтра его ждало очередное испытание камнем.
Думал, что только ляжет и сразу отрубится, но мысли разные в голову полезли. А одна прицепилась и не выгонишь её. Про кобылок — кузнечиков. Нужно ему их есть или нет? Вот в чём вопрос! Гадость. И как может способность к магии зависеть от кузнечиков? Эвон в Китае… говорят, да и по телеку показывают, что на рынке продают жареных кузнечиков и радостные китайцы их покупают кульками и жуют как семечки. Протеин, дескать. Очень полезно. А ещё что-то такое по телеку или по радио слышал Константин Иванович, что в Европе модно стало есть продукты из этих перемолотых кузнечиков. |