— Такое впечатление, будто головой касаешься облаков.

— Видишь вон ту трещину в стене? — спросил присоединившийся к ней Горлец.

Первым расщелину в горе заметил Шог. Она проходила от вершины кратера до его подножия и была очень узкой, почти незаметной.

— Вижу! — воскликнул Шог. — Хотя ее не так-то просто обнаружить.

— Вон там спрятан ваш корабль, — сказал Горлец белке. — Ни один зверь не увидит его с моря. Так что здесь вы в полной безопасности, друзья.

Горлец сначала провел их вдоль края кратера, потом по другой тропинке спустился вниз и, резко свернув с нее в сторону, оказался перед входом в пещеру, замаскированным кустарником. Отодвинув в сторону ветки, он пригласил своих гостей пройти внутрь. Это был самый настоящий склад, где было полным-полно оружия — луков, стрел, пращей, пик и копий. Их наконечники, острые как лезвия, мастера острова изготовили из зелено-голубого камня.

— Только здесь нет мечей, — произнес патриарх. — Длинные клинки невозможно соорудить из камня. Нужен металл. А наши ножи в основном делаются из камня. На острове применять оружие запрещено, но мы изготовили его на случай защиты от врагов. Еще ни разу нам не доводилось пускать его в ход, потому что мы живем по законам добра и мира.

— По этой причине дороги на Остров Мира не знает ни один злодей, — почтительно добавила Трисс. — Им запрещено это судьбой. Нам довелось жить на земле, где царствовало зло. Мы не знали в жизни ничего, кроме войны и рабства.

— Я хотел бы предложить вам остаться с нами, — начал Горлец, участливо положив лапу ей на плечо, — но по вашим глазам вижу, что это невозможно.

— Да, сэр, это невозможно, — прикоснувшись к наконечнику копья, подтвердила Трисс. — Невозможно потому, что в Рифтгарде осталось еще много рабов.

— А ты тоже так считаешь? — спросил большой еж Шога, который вертел в лапе три острых камушка для пращи.

— Да, — ответил он. — Мы обещали нашим друзьям, что когда-нибудь вернемся, чтобы их освободить. Мы не можем нарушить свою клятву.

— Ну что ж, — глубоко вздохнул Патриарх. — Раз так, то не смею вас отговаривать. Мы дадим вам с собой часть нашего оружия. А также снабдим продовольствием. Но только не сейчас. Вы еще не вполне окрепли, чтобы отправляться в путь. Поэтому забудьте о своих клятвах на время, пока вы с нами.

Не знавшие вольной жизни Трисс с Шогом никогда не испытывали того, что им довелось вкусить на Острове Мира. Это были самые счастливые, самые веселые дни их жизни. Вечерами они, сидя вместе с другими зверями у костра, любовались золотистым закатом. Ежата украшали их шеи и головы гирляндами лютиков и венками из маргариток. Взрослые потчевали всякой едой и питьем.

— Представляешь, как здорово было бы каждый день сидеть вот так у костра, — любуясь на летящие вверх и тающие в вечерних сумерках искры, сказала Трисс. — Только дураки могут мечтать покинуть этот восхитительный остров.

Шог заметил, что в ее глазах блеснули слезы.

— Но именно такими дураками мы с тобой и являемся. Мы не можем жить здесь спокойной жизнью, зная, что другие звери продолжают влачить рабское существование.

— Да, не можем, — согласилась Трисс и, шмыгнув носом, отвернулась. — И поэтому через несколько дней отправляемся в путь.