— Это ужасно, — серьезно сказала она. — Это приводит нас к жизни среди существ, которых нужно постоянно остерегаться, чтобы не получить удар спереди или сзади.

Его бледные голубые глаза настойчиво смотрели на нее. Ее веки стыдливо опустились, как будто она нашла что-то лично относящееся к ней в его словах.

— О, я предпочитаю верить в добродетель, — воскликнула она. — Хотя сама ею и не обладаю. Иначе в нашей жизни не будет никакого просвета. — Она набралась храбрости и взглянула ему в лицо. — Вы и меня относите к общей преступной массе?

— Моя дорогая миссис Фонтэн, — улыбаясь, возразил пессимист, — нельзя побеждать, пользуясь привилегией своего пола, переходить от общего к частностям.

— Но все-таки? — настаивала она.

— Я подтверждаю, — сказал он с легким поклоном, — все, что говорила мне леди Луиза.

Разговор перешел на более легкую тему. К ней присоединились леди Луиза и Хьюкаби, обсуждавшие способ приготовления разных кушаний.

— У вас был серьезный разговор, — сказала леди Луиза.

— Я стараюсь обратить его в оптимиста, — засмеялась миссис Фонтэн. — Это, кажется, трудно, но думаю, что со временем мне это удастся. Я энергичная женщина. Я бы хотела запретить вам уезжать до окончательного обращения.

— Самый процесс наверное будет приятен, но результат проблематичен.

— Я не буду с вами спорить, я хочу, чтобы вы сами в этом убедились.

— Я с удовольствием подчиняюсь вам, — сказал Квистус.

Она посмотрела на часики на своей браслетке.

— Может быть, мы начнем сейчас же. Я хочу пройтись по Рю-дела-Пакс, посмотреть магазины.

Квистус справился по своим часам.

— Я буду очень польщен иметь честь пройтись с вами по улице Мира. Но, к сожалению, я принужден вас покинуть. Я должен встретиться на вокзале со своими коллегами, чтобы отправиться в Севр, осмотреть коллекцию Сарданеля.

— Что имеет общего с антропологией севрский фарфор?

Он улыбнулся ее недоумению.

— Месье Сарданель — собственник знаменитой коллекции мексиканских древностей — терракотовой утвари, масок и агатовых мечей.

Ее длинные ресницы медленно поднялись.

— Я уверена, что могу вам показать более интересные вещи.

Давно уже ни одна хорошенькая, очаровательная женщина не желала его общества. Он был и мужчиной и убежденным антропологом. В коллекции был зеленый авантуриновый топор, который ему очень хотелось посмотреть. Он стоял в нерешительности, пока Лена Фонтэн со смехом не отвела леди Луизу в сторону. Он заметил пугливое ожидание в глазах Хьюкаби. Дело в том, что Хьюкаби решил сложить с себя свою подлую роль, и теперь был момент, когда все можно было взвалить на самого Квистуса.

— Кажется, эти милые леди решили вмешаться со своими планами в нашу авантюру, — сказал он, отходя с Квистусом на несколько шагов от стола, за которым они сидели.

— Я ни минуты не думал об этом, — чистосердечно сознался Квистус.

Затем лукавая мысль осенила его. М-м Фонтэн будет искомой женщиной, и Хьюкаби ничего не будет знать. Он разобьет ее сердце. Когда дело будет сделано, он выскажет свои сожаления по этому поводу Хьюкаби и насладится двойным триумфом. В данное время нужно быть осторожным, потому что Хьюкаби не допустит его играть с сердцем своего давнишнего друга. Чтобы скрыть улыбку, он прошелся на другой конец залы, закурил папиросу и вернулся обратно.

— Дорогой дружище, — сказал он, — не будем больше говорить об авантюре, как вы ее называете.