Эрик разговаривал с Джейми, когда к ним подошел король и поблагодарил за помощь в борьбе с англичанами. А потом он попросил Эрика пройти с ним в шатер под деревьями.

– Как там Лэнгли? – спросил он.

– Когда я уезжал, все было в порядке.

– Разумеется, раз войско Пемброка не там, а здесь, – рассмеялся король и серьезно добавил: – Шпионы доносят, что Роберт Невилл и Найлз Мейсон собирают армию под Шеффингтоном. И ты наверняка знаешь, что из Англии выступил молодой лорд Эйдан. Так что во главе всей этой компании встанет знатный человек. Они будут кричать, что он обижен, что его сестра – тебе не жена, а пленница, и постараются настроить против меня всех, кого возможно: и моих врагов, и тех, кто сохраняет нейтралитет, ожидая, куда подует ветер для меня и для английского короля.

– Они безумцы, если решатся напасть на Лэнгли.

– Что правда, то правда, – кивнул Роберт Брюс. – Поэтому-то я и решил подхлестнуть англичан, устроив твою женитьбу. Эта женщина – славная награда для любого англичанина. Да и вообще для любого. Я с ней знаком. Ты знаешь об этом. Во всяком случае, несколько раз встречался. Она часто бывала при английском дворе, ведь ее отец не только знатный человек, но прославленный воин и участник всех кампаний Эдуарда против французов.

– Нет, я не знал, что вы знакомы.

– Боюсь, что в ее глазах я переметнувшийся предатель, – пожал плечами король. – В ту пору мы обменялись с ней всего лишь несколькими любезностями. Эдуард отказался обменивать леди на мою жену. Но я уверен, что он поддержит план ее вызволения. Он изучает законность вашего брака и отрицает его правомерность. Я не сомневаюсь, что он уже строит планы ее возвращения. Я замечал, как он смотрел на нее. Эдуард понимает толк в женской красоте и сознает, какой это ценный дар. В свое время, благословив брак этой женщины с Афтоном, он заручился верностью Лэнгли. И рассчитывал он не на год и не на два. – Тон короля внезапно изменился. – Не дай Эдуарду снова ею завладеть! Господи, он взял в плен моего ребенка. Эрик, ты даже не представляешь, какую оказал мне услугу. Я знаю, как тебе тяжело – ты потерял Марго, но помни, что я тебе благодарен.

– Это и моя месть, – ответил шотландец. – У меня много причин ненавидеть тех, кто добивается Игрейнии.

– Нельзя, чтобы он завладел этой женщиной и использовал в своих играх за власть – вознаградил ею тех, кто ему служит. Епископы написали в Рим… А пока… – Брюс помедлил и улыбнулся, – пока, если есть на небе Господь и он благоволит к нам, пусть у нее будет ребенок. Это, безусловно, подмочит ее ценность в качестве приза в династических играх Эдуарда, и ему придется признать превосходство шотландцев. Будем бросать ему вызов по любому поводу. Во имя Шотландии!

Король положил руку Эрику на плечо, а потом повернулся и скрылся в ночи.

Свежий ветерок трепал Эрику волосы.

Боже, как он любил свою жену! Нежность к Марго пропитала его душу и стала частью его существа.

Эрик был мужчиной, а воинские лагеря всегда посещали женщины.

И вот король дает ему приказ – не просит, а приказывает! – сделать то, к чему Эрика и без того тянет с тех пор, как он увидел Игрейнию в ручье.

Эту женщину тоже постигло горе, и он это отлично понимает. И он, и она страдали, и из-за этого Эрик иногда ее почти ненавидел. Как ненавидел раздиравшие его физические потребности, такие же настойчивые, как желание дышать или пить.

Снова подул ветерок, и он рассмеялся. Громко. И ночь отозвалась раскатистым эхом.

Что ж, в конце концов, она – его жена.

В душе его поднялся настоящий вихрь чувств. Жена, трофей, пешка, черноволосая нимфа, соблазнительная, словно сирена, ведьмочка.