Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

– Попробуем, – неохотно произнесла она.

– Спасибо, – сказал Сергей и направился к двери, притормозил и, обернувшись, добавил: – Как я уже сказал, в расходах себя не ограничивайте. Я заплачу любые деньги.

– Любые деньги, – передразнила Агатка, когда дверь за ним закрылась. – Можно подумать, что это золотой ключик ко всем замкам.

– А то нет, – хмыкнула я.

– Еще одна умница. И кому ты его бабло втюхаешь? Ваньке Левашову?

– А что, можно попробовать. Он ведь был в меня влюблен. Женщина я свободная, авось прельстится. Не мною, так денежкой.

Агатка махнула рукой и начала бродить по комнате, хмурясь и что‑то разглядывая у себя под ногами, бестолковое снование туда‑сюда всегда являлось признаком тяжких раздумий. Я слилась с интерьером, стараясь ей не мешать.

– Что скажешь? – повернулась она ко мне минут через десять, утомившись бродяжничеством.

– А чего тут скажешь, раз ты уже все решила? Обещала попробовать, значит, будем пробовать.

– По‑твоему, с горя Серега увлекся фантазиями?

Я ответственно отнеслась к вопросу, прикидывая и так и эдак.

– Тетка мне понравилась. Такая вполне могла замутить по полной. И если у нее был туз в рукаве, мало бы никому не показалось. А что касается Сереги… с папашей отношения не сложились, а денег у того немерено. Учитывая, что бабы падки на бабло, дядя, погоревав немного, может жениться вторично и даже детей нарожать. И денежки минуют карман твоего школьного приятеля.

– Он наследует долю матери.

– Ага, которую придется делить с отцом. То есть он в лучшем случае получит четвертую часть всего, чем владеет семейство. Многие считают, что целое куда лучше четверти. Так почему бы не получить все, обвинив отца в убийстве?

– Хорошо, что Серега тебя не слышит, – хмыкнула Агата. – Не скажешь, что ты сохранила веру в человечество.

– Это не мой друг, а твой. К тому же я пытаюсь быть объективной. Всю последнюю неделю ты твердишь, что это должно стать моей основной добродетелью.

– Да? Наверное, я увлеклась. Серегу я всегда считала приличным парнем. Но… люди иногда меняются. Особливо если в деле замешаны деньги. У него своих немало. Но много денежек не бывает. Он был с нами откровенен, я бы сказала, излишне. О том, что Багрянский не его отец, мог бы умолчать. Причину своей откровенности назвал, и она вполне годится. Хотя… вдруг это всего лишь хитрый ход… черт, я становлюсь циником.

– Не беда. Ты еще молодая и не раз сможешь поменять убеждения.

– Кое‑что меня смущает. Кое‑что, делающее рассказ Сереги весьма вероятным.

– Не тяни.

– Суворкин, – глядя на меня, в задумчивости произнесла Агатка.

– Чем знаменит?

– Редкой покладистостью. Он из тех, что подпишут любую бумагу, лишь бы доставить удовольствие высокому начальству. Так что очень возможно, для Ванькиного пьяного трепа имелись основания.

– Что ж, давай покопаемся, – подумав, сказала я.

– Копаться придется тебе, – с довольным видом заявила сестрица.

– Почему мне?

– А кому? У меня и так дел до черта. Нароешь что‑то путное, тогда и я подключусь. Будем считать это твоим первым самостоятельным заданием. В общем, дерзай. Я, само собой, в меру сил буду помогать и способствовать.

За свой стол я вернулась, пылая праведным гневом. Ну, хороши! Один, заподозрив злодейство, поспешил переложить свои проблемы на плечи подруги детства, а она с сестринской добротой спихнула их мне. Но, понемногу успокоившись, я обнаружила в ситуации явную для себя выгоду.

Быстрый переход
Мы в Instagram