Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Все было на мази, и вдруг подруга скоропостижно скончалась. Юдина в глубокой депрессухе, потому что успела много чего наобещать, это во‑первых, а во‑вторых, серьезно надеялась поддержать свою репутацию народной героини, которая с годами теряет блеск и приобретает затхлый запах.

– Ты сказал, Аврора скоропостижно скончалась…

– На самом деле она давно болела, то ли сердечница, то ли диабетик… В общем, скандала не вышло, о чем Юдина горько сожалеет.

– То есть в случае выхода книги скандал бы непременно возник? – осторожно спросила я.

– Да брось. Чего такого могла понаписать старая баба? Она из тех, кто живет в высоком терему за трехметровым забором, знает толк в тряпках и драгоценностях и ничегошеньки о реальной жизни. Ну, написала бы, например, что Литвинов напился на приеме как свинья, а то без нее не знают, что он хронический алкаш.

– Хочешь еще коньяка? – предложила я по доброте душевной, решив, что пора прощаться.

– Мне еще работать… – с грустью ответил Прохоров. – А что там у вас за дело такое, а?

– Ты же знаешь, адвокат точно исповедник, а тайна исповеди гарантирована. Как думаешь, я застану сейчас Юдину на рабочем месте?

– Без сомнения. Она там днюет и ночует. Борьба за справедливость не оставляет времени на личную жизнь.

– Где находится редакция газеты?

– На Гороховой, трехэтажный дом напротив автосалона.

– Что ж, спасибо тебе. – Я расплатилась, Дмитрий Александрович смотрел на меня с печалью, то ли ностальгировал по прошлым временам, то ли стыдился нынешних. Самолюбие у него болезненное, но платить за выпивку сам не спешил, ждал, когда это сделаю я.

– Посидим еще немножко, – помедлив, предложил он. – Никуда твоя Юдина не денется. Общение с этой стервой тебе удовольствия не доставит. Как дела на личном фронте? Болтают, у тебя в друзьях Смирнов Вячеслав Александрович, мужчина богатый. За него замуж собралась?

– Я‑то собралась, да он все никак не созреет.

– Дожмешь, куда ему деваться, – усмехнулся бывший. – И с пасынком тебя часто видят.

– С Димкой? Так мы же родственники. Сам‑то ты как?

– Нормально, – пожал он плечами. – Машину новую купил. Виталик в школу пошел, в общем, жизнь идет, – звучало это без намека на счастье. – Жаль, что у нас с тобой ничего не получилось, – закончил он со вздохом.

– Все к лучшему в этом лучшем из миров. Пойду я…

– Может, все‑таки намекнешь, что у вас с Агаткой за дело такое?

– Не доставай.

– Ладно, – махнул он рукой. – Нароешь что‑то путное, вспомни, что у тебя есть личный журналист. Эксклюзивный материал мне бы очень пригодился.

Из бара мы вышли вместе, Прохоров отправился на работу, а я к стоянке такси. На улице то ли дождь, то ли снег, сразу и не разберешь. Втянув голову в плечи, я ускорилась и с облегчением увидела свободную машину. Пожалуй, привычку передвигаться пешком пора оставить. У меня теперь расследование, сыщика, конечно, ноги кормят, но личный транспорт все‑таки предпочтительнее.

Назвав водителю адрес, я попыталась сосредоточиться на предстоящем разговоре. Если верить бывшему, беседа обещает быть непростой. На беспокойство по этому поводу времени оказалось мало, очень скоро такси тормозило возле здания с несколькими вывесками на фасаде. Помимо редакции газеты здесь находились риелторская контора, аудит, фирма по изготовлению визиток и заведение под названием «Мономах» (только это слово и значилось на табличке, чем там люди заняты, оставалось лишь догадываться).

Отчаянно зевавший охранник смотрел телевизор.

Быстрый переход
Мы в Instagram