|
В хвостовом вагоне скорого поезда пассажиры спокойно спят, хотя их непрерывно трясет. Но подземный толчок, сигнал грозного бедствия, пробуждает всегда.
Они еще не поняли, что произошло, но их сразу охватила тревога – непонятный, подсознательный страх.
Вероятно, наши далекие предки, жившие в ту пору, когда Земля была моложе, чаще испытывали ужас землетрясения и передали нам в структуре молекул ДНК память о них – страх беспомощности…
Кирилл торопливо зажег свечу, посмотрел на встревоженные лица. Теперь, уже бодрствуя, они ощутили второй толчок и услышали глухие подземные раскаты, продолжавшиеся, как им показалось, нескончаемо долго, а на самом деле – не более минуты.
Игорь выскочил из спального мешка, метнулся к выходу.
– Назад! – крикнул Кирилл.
– Надо уходить. Завалит! – На Игоре лица не было.
– Здесь безопаснее, – сказал Кирилл. – Снаружи не пройдешь. Сейчас такие камни посыплются…
Нарастающий грохот покрыл его слова.
– Дальше от входа! – заорал Кирилл.
Он схватил за углы спальный мешок вместе с неуспевшей вылезть Катей и поволок его в глубь пещеры. Игорь последовал за ним.
Грохот нарастал, перекатывался. Каменный массив вздрагивал от ударов. Со свода пещеры сыпались камешки, что-то шуршало и потрескивало, и все невольно пригибали головы. Метался желтый язычок свечи.
И вдруг… Будто сама гора вздохнула с чудовищной силой. Колыхнулся воздух, заложило уши, сотрясся под ногами камень. Свеча погасла.
Наступила тишина.
– Кончилось, – вырвалось у Кати. – Боже мой, что это было, Кирилл?
– Обвал. – Кирилл прокашлялся. – На Кавказе бывают такие штуки.
Он прислушивался к тому, что делалось снаружи, но теперь доносились лишь шуршание и слабые трески. Кирилл взглянул на светящиеся стрелки часов: половина четвертого.
– Скоро рассвет, – сказал он. – Тогда и посмотрим, что произошло. А сейчас – досыпать.
– Хорошо, что мы нашли эту пещеру, – сказала Катя.
– Да уж… На карнизе от нас и мокрого места бы не осталось.
Игорь проснулся. Немного полежал, не открывая глаз. С удовольствием ощутил, как за ночь отдохнуло тело. Вчерашний день – трудный переход по хребту, крутой траверс, длинный путь по узкому карнизу, внезапно налетевшая буря, ледяная чернота, ветер, долгое сидение на привязи, потом
– страх землетрясения, шум горного обвала – все это вспомнилось, как что-то нереальное. А сейчас – полная тишина. После бури должна быть хорошая погода…
Он потянулся и открыл глаза.
Что еще за новости! В пещере темным-темно. Почему не просачивается дневной свет? Неужели еще ночь?
Игорь посмотрел на часы. Четверть десятого!
Катя мирно спала рядом в своем мешке. Кирилла не было.
Игорь зажег спичку и пошел к выходу. Ему пришлось согнуться вдвое: отверстие суживалось. Он увидел Кирилла, стоявшего на коленях.
– Что случилось? – шепотом спросил Игорь.
Кирилл вместо ответа пожужжал динамкой. Желтый луч фонарика прошелся по угловатым каменным глыбам, загромоздившим выход из пещеры.
– Завалило?.. – У Игоря сорвался голос.
– Как видишь. – Кирилл погасил фонарик. – Ты ничего не замечаешь?
Слабенький свет процеживался через щели между камнями в черноту пещеры.
– Что я должен заметить? – хмуро спросил Игорь.
– Свет идет снизу, а не сверху. Понимаешь? Обвал завис. Камни заклинило в ущелье, оно ведь здесь очень узкое… Подожди-ка минутку. |