|
Похоже, он все еще не оправился от того случая в лесу, когда пришлось пережить близкое соседство с лозой смерти - в свете факелов сейчас отчетливо различались синеватые круги под глазами и глубокий прокус на нижней губе. Наверху, в ярком свете солнца всего этого почти не было видно… Волосы эльфа опять отсвечивали серебряными искрами.
- Я вижу, что навестишь… - еще более глубоким голосом заявила дама-телепат. - А твои спутники в этот момент будут надежно спрятаны - это я тоже предвижу…
С минуту в комнате стояла полная тишина. Вигала стоял, молча и пристально глядя на Клариссу. И продолжал поглаживать ее левую ладонь, которую так и не выпустил из своих рук после поцелуя.
- Но я же не рассказала вам до конца! - прежним игриво-кокетливым тоном вдруг воскликнула дама Кларисса. - Так вот, приходит ко мне мой ветеринар, осматривает Маню и говорит - так она у тебя еще девственница. Ну да, говорю я, а что?
Дама-телепат сделала паузу и лукаво стрельнула глазками в сторону стоявшего у ее подлокотника Вигалы.
- Оказывается, это сказывается на сроке жизни крысы. Девственницы, увы, живут меньше. А для меня это крайне важно, потому что у нас с нею одна жизнь на двоих… Этот коновал и говорит мне: давай это исправим. Забеременеть твоя Манька все равно не забеременеет, организм у нее измененный… А вот повеселеть - повеселеет. Ну я, как наивная дурочка, согласилась…
- И что же было дальше?
- О Единый Боже, Вигала, - фыркнула женщина. - Не строй из себя девственницу! Тебе это не идет. Да и кто тебе поверит? Ты же не моя Манька, в подземелье со мной не сидишь!
- Кларисса. - Эльф шутливо приложил ладонь к сердцу. - Да я наивен, как невинный ребенок! Правда, глубоко в душе, но все же…,
- О да! Очень глубоко в душе! Сделай мне одолжение, Вигала, выкапывай оттуда свою наивность хотя бы изредка! И проветривай, а то в таких глубинах она плесневеет! О Единый Боже, я опять отвлеклась от своего рассказа. Ну так вот, этот коновал походил где-то там наверху - и приносит мне крысу. Мальчика-крысу.
Уголки губ у эльфа дрогнули и поползли вверх.
Тимофей, стоя с запечатанным ртом, легко представил дальнейшее. И ощутил непреодолимый позыв расхохотаться. Но замороженные губы никак не желали расходиться. И он стоял столбом, трясясь от внутреннего смеха.
У торчавшего сбоку Лехи плечи тоже ходили ходуном.
- Представляете, что было дальше? Это просто ужас какой-то! У нас ведь общая нервная система, соединенная нервными клеммами. Так что ее конечности я ощущаю как свои пальцы. Вот вас когда-нибудь имели между вашими средним и безымянным пальцами? И не надо так смеяться, я вас умоляю!
Вигала отхохотался и сказал все еще подрагивающим голосом:
- Надеюсь, он хотя бы был на высоте?
И снова заржал.
- Ах Вигала, - неожиданно печально произнесла дама. - Как давно рядом со мной никто так искренне не смеялся…
- Кларисса… Начинай всем рассказывать о том, как твоя Манька потеряла свою невинность, - и ручаюсь, тут стены задрожат от хохота!
- Может быть. Я попробую. Ну, я поболтала, развеялась… А теперь к делу. У тебя что-то случилось, Вигала?
- Не у меня, - серьезно сказал Вигала, продолжая поглаживать ладошку Клариссы. - У другого эльфа. Проблема в том, что я об этом ничего не знаю. Ничего… А хочу узнать все - что, когда, с кем, почему, за что…
- А про то, что любопытство губит обезьяну, ничего не хочешь узнать?
Эльф застыл. |