По пути я, разумеется, должен прирасти разным движимым и недвижимым имуществом, войсками, оружием и новыми подданными. На последнее я весьма рассчитывал, кстати. Юлька мне все уши уже прожужжала, что одной только силой оружия нельзя захватить Поднебесную. Что люди должны поверить в то, что именно мое дело правое, и добровольно присягнуть.

Логично, что я и сам понимал. Но без хорошей трепки — как они, бедолаги, поймут, что я несу им светлое завтра? Никак! Этой трепкой и должен был стать разгром фракции Гэ.

Все это проделать я собирался не торопясь, с должной подготовкой и тщанием. Но вмешались боги, и события снова понеслись вскачь, как в первые мои дни здесь. Теперь я просто не мог спокойно сидеть в лагере и накапливать силы для главного удара. Уверен — мне попросту не дадут этого сделать. Судя по взвинченному темпу — старина Кунмин, мозгокрут, зверолюды — дальше будет еще интереснее. А значит, действовать нужно на опережение. Например, устроить большую битву, не дожидаясь, пока все мои войска переправятся.

Звучало немного глупо, да? Но не все так просто. Я не собирался устраивать генеральное сражение третьей частью своих сил, не настолько был самоуверен. Но как раз на самоуверенности противника и собирался сыграть.

Хороший вариант — «попасть в засаду». Выйти из крепости силами достаточно внушительными, чтобы это выглядело достоверно, но в то же время слишком малыми, чтобы у противника возникло искушение их разбить. Двинуть навстречу Гэ. Пользуясь численным превосходством — скажем, шестьдесят против тридцати тысяч, он может и клюнуть. Попытается завести меня в клещи и раздавить. Тогда и настанет возможность объяснить ему на пальцах, что воевать лучше не числом, а умением.

Свой расчет я строил на слабенькой морали войска Гэ, трещавших по швам отношениях с союзниками, постоянных военных поражениях — от меня, опять же, и новым оружием.

Про терции мои враги уже знали, хотя конкретно Гэ еще не сталкивался с этой творческой переработкой испано-русской стратегии. Но слышать слышал, а значит, если не дурак, был готов. С ним мне уже не удастся провернуть такую же штуку, как с желтоповязочниками, когда их генерал сам загнал свои войска между терциями-каре и там их всех и оставил.

А значит, нужно было его чем-то удивить. Новые формации я придумывать не стал — зачем, если старая работает? — а вот про оружие задумался еще тогда, когда вторжение в Срединные земли находилось на уровне несмелых мечтаний.

Идеально было бы изобрести порох — попаданец я, в конце концов, или нет? Ждать еще семь веков, пока китайцы сами к этому придут — благодарю покорно! Мне он сейчас нужен был. Тем более, думал я тогда, там же ничего сложного, если знаешь про конечный результат! Четверть селитры вроде и три четверти древесного угля. Мастеровые и ученые-алхимики, которых я этим озадачил и посадил под неусыпный контроль Матушки И, старались.

Но то ли я дал слишком расплывчатые инструкции, то ли вообще все неправильно из прочитанного запомнил, а может, селитра тут была не той кондиции, что нужно — в общем, получалось все пока как у «АвтоВАЗа». Выглядит как машина, рычит как машина, а в итоге все равно ведро с гайками.

Вот и мой с позволения сказать порох шипел, плевался искрами, дымил и даже горел, но обеспечить быстрого высвобождения температуры и газов не мог. Все, на что он пока годился, пугать врагов в качестве мин, которые не взрываются. А жаль. Очень хотелось мне корейскую хвачху в свою армию заполучить. Жуткая же штука — средневековая РСЗО с дальностью стрельбы под триста-четыреста метров. А уж какой у нее деморализующий эффект — словами не передать.

И тогда, погоревав о пока несбыточном, я обратился к другим видам полевой артиллерии — более древней.