Изменить размер шрифта - +
Миг спустя осталась только глубокая воронка в каменной кладке, в том месте, куда вонзилось сжатое в копье ци. Но я лишь бросил на это взгляд и больше не отслеживал. Вместо этого превратил полу «плаща» в широкий и длинный клинок и рассек им воздух за своей спиной.

Ну а что? Киношки про ниндзя я смотрел. Чушь по большей части, графика и постановка боев разве что хорошие. Да и прочую голивудщину вниманием не обходил. Поэтому понимал — у меня это на подкорке прошито! — если враг повержен, жди удара со спины. Неважно, от кого: внезапно ожившего злодея или от его помощника/любовницы/сына/домашнего питомца.

Так что, увидев, как на две половинки разваливается знакомый старикан с занесенным для удара коротким тесаком, я не удивился. Невидимый, но вполне осязаемый и материальный клинок из ци рассек его ровно через живот. Под ноги мне посыпалась гора склизких внутренностей, в нос шибануло дикой вонью (что он там жрал на ужин, скотина?), а где-то секунды через две-три стало понятно, что убил я настоящего кэндзи, а не его двойника. Потому что слишком яростно смотрели на меня эти гаснущие глаза. Слишком натурально кривился от боли его рот. И слишком долго тульпа не исчезала.

«Слабенький, наверное, — высказался Лё Ха. — Только одного двойника и мог создать».

Я же, не слушая его дальнейших рассуждений, уперся руками в зубец крепостной стены и принялся избавляться от содержимого желудка.

 

 

Глава 40. Полководец предлагает дерзкий план

Вниз я спустился через пару минут. Только сначала прополоскал рот водой — нашел ее в бадейке в сторожевой башне. И убедился, что расчлененный труп Пао не исчезнет, как это было с его подобиями.

Юэлян к этому времени закончила со своими противниками. Точнее сказать, сделала она это даже раньше, чем я убил Тень. Крикнула, мол, иду, я же в паузах между спазмами сообщил, что в подмоге уже нет необходимости.

А вот на земле меня ждал неприятный сюрприз. Пленник был мертв. Подручные Пао тоже, но эти меня не волновали совершенно.

— Юль, ну как так? — пробормотал я, осматривая труп. Столько стараний, а на выходе — пшик. — Что ж нам теперь за вторым идти?

Замкомгарнизона перерезали горло. Не в горячке боя убили, а хладнокровно и расчетливо. Скорее всего, один из «пальцев» получил от Пао такой приказ. Трое напали на лучницу, а один заминусовал нашего языка. Поступок, относящийся к категории «напакостить во чтобы то ни стало». Подкозлить просто потому, что можешь. Очень профессионально, мать его! Его зачем вообще нанимали? Меня убить или для таких вот пакостей?

— Вот! — тихо и зло произнес я. — Вот поэтому ты и сдох, пенек старый! Нефиг смешивать работу и удовольствие!

— Это моя вина! — расслышав эти слова, Юэлян тут же уперлась лбом в сложенные ладони и низко поклонилась. — Я не смогла уследить за ним во время схватки.

— Чэн Юэлян! — я взмахом руки отмел эту заявку на самоистязание. — Тут нет твоей вины. Это мой просчет. Я не учел Тени в нашем плане. А мог бы.

Я не стал успокаивать девушку на свой, европейский, манер. Поступил как китаец. Средневековый китаец — поднатаскался уже. В сложной социальной структуре здешнего общества я являюсь господином для своей невесты из рода Чэн, как будущий муж, и одновременно командиром Стрелка Чэн, как глава фракции. А значит, будучи моей дважды подчиненной, она сразу же принимает любую вину на себя.

Если нести всякий вздор, типа: «Юль, ты не виновата! С любым могло произойти! Ты и так четверых врагов в капусту покрошила!» — закончится все недоумением в глазах девушки, а то и обидой, мол, ее не воспринимают достаточно серьезно, чтобы назначить виноватой. А вот когда господин и командир говорит, что вина на нем, то все в порядке. Разделение ответственности: начальник планирует и решает, кто накосячил, солдат выполняет приказы.

Быстрый переход