Походил он на подсвеченные солнечными лучами пылинки, только было их значительно больше, а сами они — куда меньше размером. Целые мириады этих как бы живых существ проносились перед моими закрытыми веками глазами, пронзая физические объекты, будто те состояли из тумана.

«Сделайте мне зону высокого давления, — попросил я их, когда целое облачко собралось у меня перед лицом. — Здесь».

Вытянув руку с раскрытой ладонью, я направил ее верх. Все еще не открывая глаз, увидел, как микроскопические светляки закружились над указательным пальцем водоворотом.

И тут же услышал испуганный вопль Ванька, который крутился неподалеку, пока я медитировал.

Не умея еще себя контролировать на уровне мастеров всякого кунг-фу, я был вынужден отрыть глаза. Увидел, что ординарец тушит мой халат, который я повесил подсушить неподалеку от костра на специальной подставке.

— Что случилось? — спросил я.

— Мой господин! — Ванька умудрился даже поклониться, не прекращая стучать уже испорченной верхней одеждой по земле. — Это моя вина! Внезапно налетел порыв ветра, разметало костер. Угли попали на одежду и… вот.

В завершение Ван Дин продемонстрировал мне обгоревшую и еще дымящуюся тряпку, которая минуту назад была вполне еще новым халатом. Мозгов сложить одно с другим у меня хватило.

— Ты ни в чем не виноват, Ван Дин. Это я призвал ветер.

— Но… зачем, господин?

Хотел было ответить, что тренировался, а потом подумал, что не стоит. Возможно, прежний стратег Вэнь прекрасно управлялся со «Встречным ветром», и ординарцу покажется странным, что я вдруг принялся упражняться в использовании этой сильной техники посреди лагеря.

— Задумался, — вместо этого сказал я. — Не бери в голову. И выкини уже эту тряпку.

В общем, первое полевое испытание техники я провел не лучшим образом. Но зато понял сразу две вещи. Первая — заклинание являлось очень гибким, и использовать его можно было как в стратегических, так и в тактических целях. И второе — придется провести немало времени в тренировках, прежде чем я рискну прикрыть своих воинов таким вот щитом.

На пятый день пути, примерно после полудня, разведчики доложили о следах оставленного сегодня утром военного лагеря в двадцати ли к югу. С учетом того факта, что, кроме меня и Юн Вэйдуна, тут больше никто тысячи мальчиков на прогулку не выводил, выходило, что мы где-то рядышком с генералом желтых. А еще это значило, что мы ночевали километрах в двадцати-двадцати пяти друг от друга.

К вечеру того же дня разведчики Амазонки впервые столкнулись с разъездом противника. Причем — повезло так повезло! — в отряде, который нашел желтых, находилась и сама воительница.

«Амазонка говорит Тигру. Столкнулась с дозором врага. Их больше в два-три раза, я отступаю. Направление — юго-запад, пять ли от головы колонны».

Вызов Гу Вайцзинь возник у меня в голове, как раз тогда, когда я пытался кемарить в седле. Местность тут была при всей изломанности ландшафта довольно однообразной: холм, лес, распадок. И так по кругу — вот меня и сморило. Однако, стоило получить «сообщение», как сон будто ветром сдуло.

Дав знак телохранителям остановиться, я «взлетел» на «небесном взоре». Пять ли — почти предел дальности применения этой способности, так что я мог своими глазами увидеть то, что там у Амазонки происходит.

За считанные секунды я преодолел разделяющее нас расстояние и обнаружил примерно три сотни всадников, несущихся в сторону моего войска по узкой полоске земли, клином разбивающей лесной массив.