— Лейва, ты меня слышишь? — он отстранил её, решив, что достаточно. Если дать слишком много токсина, то она отключится, и весь эффект сойдет на нет.

— Да…

— Хочешь ещё?

— Да! — она уже потянулась рукой, но он не позволил. — Тогда вначале ты должна кое-что сделать для меня.

— Все, что угодно!

— Вот так, умница, — похвалил он её, погладив по волосам. — Дарвин. Вы с остальными хотели его разбудить.

— Да…

— Ты можешь сделать это одна?

— Да…

— И знаешь где он?

— Да…Дай ещё…

— Не сейчас, — покачал он головой. — Не раньше, чем мы его убьем.

— Зачем нам убивать Дарвина? Он… он поможет убить Альдрима.

— Нет. Альдрима убью я, — Мерфион оскалился, обнажая свою нечеловеческую суть. — И для этого мне нужна сила. Твоя, его, всех вас…

Глава 24. Сестры

— Где я? — тихо спросила Самина, ни к кому толком не обращаясь.

Она шла вдоль столиков небольшого кафе с витринными окнами, выходящими на улицу. В дальнем углу официантка в короткой юбочке обслуживала очередного клиента, со стороны кухни доносились приятные ароматы жаренного мяса. Самина тут раньше не была.

Казалось, ещё минуту назад она переживала свои прежние воспоминания, не слишком приятные, но свои, а уже сейчас она находится в месте, которое её не известно.

— Это было мое любимое кафе, — от внезапно зазвучавшего знакомого голоса Самина вздрогнула и резко повернулась. За столиком у окна сидела та, кого тут точно быть не должно.

Руннэт. Но сейчас она выглядела немного непривычно. Самина запомнила её Тусклой, бледной тенью себя самой, но сейчас в этой женщине словно бурлила жизнь.

— Присядешь?

Самина немного помедлила, а затем села на диванчик напротив.

— Как это возможно? Ты же…

— Мертва?

— Да…

— Так и есть, — улыбнулась она. — Но и ты в шаге от этого. Можно сказать, что мы обе с тобой «приведения». Разница лишь в том, что ты ещё можешь вернуться, а я уже нет. Да и не слишком хочу, если говорить прямо.

— А может ты просто галлюцинация, которую создает мой умирающий мозг?

— Может и так, — Руннэт улыбнулась краешками губ. — Если ты думаешь, что я собираюсь тебя в этом разубеждать, то ошибаешься. Решай сама, что это, встреча двух душ на границе жизни и смерти или галлюцинация, вызванная предсмертной агонией.

Самина нахмурилась, все вокруг казалось таким реальным, но одновременно невозможным.

— Твой сын… он у Галатеи.

— Да, я знаю, — улыбка исчезла с лица Руннэт. — Джойл… Видят боги, я не хотела для него такой судьбы, но сама обрекла его на это.

— Что между вами произошло? Тобой, Галатеей, отцом Пир…Джойла. Она сказала, что ты убила прошлого Алчущего.

Рунннэт отвела взгляд и вздохнула.

— Это сложно объяснить. Ты ведь знаешь, что я была бесплодна?

Самина кивнула.

— Во времена, когда я была с Теоном, нам казалось, что дело только в нем. По крайней мере ни одна из женщин, что были с ним в итоге не забеременели, даже Галатея, хотя у Дарующей жизнь уж точно никогда не было проблем с деторождением. Но когда его не стало, то оказалось, что я тоже неспособна зачать. Сотни лет безуспешных попыток, и я уже оставила на это надежду, но, примерно сорок лет назад Галатея сама пришла ко мне и предложила выход. В тот момент я уже начала вынашивать планы по возвращению Теона, но отказываться не стала. Я слишком сильно и долго этого хотела. И в итоге на свет появился Джойл, — Самина никогда не видела, чтобы Руннэт говорила о чём-то с таким сильными эмоциями.