— Не молчи… я прошу тебя, я…

- Хорошо, но сначала ты должна сказать мне то, что я прошу. А потом мы будем заниматься любовью, столько, сколько ты захочешь. Итак, сколько людей в башне?

- Я скажу, я тебе все скажу, — закивала она, протягивая к нему руку и гладя его кисть с внушительными когтями. Когти тут же начали рассасываться — эта женщина уже не представляла для него ни малейшей опасности. — Нас тут двое. Я и конюх, его зовут Гарт. А меня зовут Элла, скажи, тебе нравится это имя?

— Это красивое имя, — сказал он.

Ее глаза засияли от удовольствия. Рука девушки сделала попытку притянуть Тарсиса к себе, но он вновь отстранил ее. На лице Эллы отразилось такое искреннее огорчение, что ему на какой-то момент даже стало ее жалко.

— Здесь была женщина, рыжая, кто она? И где она?

— Неужели ты хочешь ее? — Элла была готова разры даться.

— Что ты, красавица, я хочу только тебя. И мы с тобой будем любить друг друга, как только ты мне ответишь на все вопросы. Потерпи еще немного. Так кто она?

Тарсис понимал, что горячее, не поддающееся контролю желание, которое сейчас испытывает эта девушка, затуманивает ее разум ничуть не меньше, чем прежний страх. Только вот выбора не было — сейчас она так страстно хочет его, что для достижения своей цели расскажет все, что угодно… и все равно каждое слово придется буквально вытягивать клещами.

— Она хозяйка этой башни. Айрин Рокуэлл. Пламенный маг. Но ее сейчас нет. И хватит о ней, ладно, а то я ревную. И вообще, я красивее, чем она.

— Конечно, ты красивее, глупышка, — его ладонь скользнула по ее щеке. Она потянулась к нему всем телом, но он снова отстранился.

Почти два часа где посулами, где мимолетной лаской, а где угрозами он вытягивал из нее сведения. Элла плакала, Пыталась скороговоркой отвечать на его вопросы, но он прерывал ее, снова и снова уточняя ту или иную деталь.

Она ползала перед ним на коленях, но Тарсис был непреклонен — сначала дело, и только потом любовь. Она все никак не могла с этим смириться — что было, в общем закономерно, действию этой магии не смог бы сопротивляться никто… ну разве что очень сильный маг. И все же постепенно он узнал все, что ему было нужно. И заодно понял, почему хозяин приказал убить эту женщину при первой же возможности. Состязаться на равных с опытным Пламенным магом вампиру, при всей его живучести, было не по силам. А эта Айрин… она, если судить по словам Эллы, была очень сильной волшебницей. И, что самое главное, она уехала из замка в сопровождении как раз тех двух мужчин, один из которых вполне подходил под данное хозяином описание.

Тарсис мерно взмахивал крыльями, оставляя за спиной лигу за лигой. Где-то там, позади, осталась Лебединая башня, а в ней, в комнате с разбитым окном, женщина, утомленная долгой страстной любовью. Ее длинная, нежная шея с двумя небольшими ранками от клыков вампира, уже не кровоточила. Пройдет совсем немного времени, и она научится отращивать тонкие, острые как иглы клыки, научится превращать свои нежные руки с длинными, холеными ногтями в полотнища крыльев, что вознесут ее в ночное небо.

Возможно, он вернется, чтобы помочь ей освоить эту науку, чтобы объяснить, какой непередаваемо вкусной может быть горячая кровь, фонтаном бьющая из прокушенной артерии.

Тарсис не стал убивать Эллу, она и в самом деле нравилась ему. Он даже думал о том, как хорошо будет, если она останется с ним на долгие столетия, что ждали их впереди. Как они будут жить вместе, вместе охотиться, делить добычу… и он всегда будет уступать ей самый первый, самый сладкий укус. Но сейчас он не мог ни остаться с ней, ни взять ее с собой. Только что обращенному вампиру требовался уход, на его воспитание необходимо было потратить много времени и сил, а вот времени-то у Тарсиса сейчас не было — приказ хозяина настойчиво звал в дорогу.