— Нет…

— Это так. И, заметь, никто не знает, для чего это было сделано. Сами они в этих сооружениях вроде бы не жили.

— Когда они ушли, то оставили после себя примерно с десяток башен. Лебединая, Волчья, Орлиная, даже Акулья. Последняя, кстати, стоит на крошечном островке в море, в трех лигах от берега. Да, забыл сказать, эта твоя Тауэр д'Свэн стоит посреди озера. Неплохая защита от орков, воду они не любят даже в виде дождя, а уж о том, чтобы плыть по ней — и речи быть не может. Место красивое, я там был лет сто пятьдесят назад. Тебе понравится.

Долгая дорога требует хорошего отдыха. Увы, последний городок они миновали еще в полдень, теперь же вечерело, а ближайшее пристанище, где усталый путник мог получить кров, стол и постель, находилось чуть ли не в дне пути. И хотя обоим путникам было не привыкать ночевать в степи, в лесу или на скалах, все же они по возможности предпочитали останавливаться на ночлег в более цивилизованных местах.

Но в данном случае выбирать не приходилось. Лес вокруг стоял стеной, и ехать во тьме, даже и разгоняемой колдовским светом, призванным эльфом, было не слишком приятно. Да и кони порядком устали, им требовался не магический, а вполне естественный отдых.

Поляна, открывшаяся слева от тракта, вполне подходщта для ночлега. Недалеко отсюда, по словам эльфа, находилось красивое озеро. Эльфийское его название было сложным и витиеватым и в переводе означало «Озеро, где утренняя заря окрашивает алым хрустальные воды, несущие покой», а люди называли его более скромно: «Озеро Эри». Конечно, ночевать на берегу было удобней, но попробуй найди в полутьме тропу, что выведет к воде… Так что пришлось довольствоваться поляной, тем более что на ней было обнаружено старое кострище, оставленное неведомым путником, а также полузавалившийся шалаш, уже неспособный, пожалуй, укрыть от непогоды. Впрочем, небо было чистым, по крайней мере та его часть, которая проглядывалась из-за крон деревьев, да и Ильтар убежденно заявил, что ни ночью, ни утром дождя не будет.

Пока Рон, игнорируя недовольный взгляд спутника, разводил костер, эльф приступил к созданию своей живой изгороди. На этот раз ему пришлось повозиться — надо было создать кольцо вокруг ночлега. Эльфийская магия не подвела, и вскоре колючая стена поднялась почти на три локтя. К тому времени Рон разогрел на огне мясо и с аппетитом принялся за ужин. Ильтар присоединился к нему, молча глядя на огонь. Говорят, человек до бесконечности может смотреть на огонь и текущую воду — похоже было, что чары живого пламени действовали и на эльфа, так пекущегося о сохранности деревьев. Во всяком случае, раздражать его рубкой древесных стволов Рону не пришлось, сушняка вокруг было более чем достаточно.

— Ложись, я еще посижу… — сказал Рон, плотнее запахивая плащ. Хорошо было вот так, спокойно и никуда не торопясь, сидеть у огня, время от времени подбрасывая в костер ветки и наблюдая, как столб искр уносится в ночное небо.

Ильтар укрылся плащом и быстро уснул. Сейшелу же не спалось. Совсем скоро, не пройдет и трех дней, он увидит Айрин. Как бы там ни было, но девушка постоянно присутствовала в его мыслях. Что это — любовь? Пожалуй, Рон й сам не смог бы ответить на этот вопрос. Когда она была рядом, он не задумывался об этом, когда же она оказалась так далеко от него, не проходило и дня, чтобы он не вспоминал ее лицо… голос… Если это любовь, то почему за долгие месяцы он ни разу не бросил свои не такие уж и важные дела, не помчался к Лебединой башне, чтобы сказать ей те слова, которые были стары как мир… но так желанны для любой женщины. Почему? Может, потому, что он всегда ощущал то расстояние, которое разделяло их.