С жалобным звоном вылетели из оконных рам разноцветные стекла. Цветы в вазе, как будто срезанные косой, посыпались на пол, вместе с кусками самой вазы, разлетевшейся вдребезги.

Кольчуга, надетая Роном по привычке, отразила большую часть летящих снарядов, хотя некоторые из них все же прошли между звеньями и глубоко вонзились в кожу. Повернись он лицом — и наверняка остался бы без глаз, а так лишь острая боль по всему телу напоминала о последствиях магической атаки. Ильтар, лишний раз подтверждая отменную эльфийскую реакцию, успел, заметив бросок Рона, отвернуться и присесть, но один осколок все же попал ему в шею, оставив обильно кровоточащую ссадину, второй навылет пробил ухо, а тугая волна воздуха отбросила его к стене, заставив попутно опрокинуть один из стульев с высокой резной спинкой… Не ожидавший такого удара эльф рухнул на стул всем телом, превратив его в груду обломков. Сам же Рон удержался на ногах чудом, потому, видимо, что подсознательно ожидал чего-то подобного. Айрин не получила ни царапины, полностью закрытая телом Рона.

— Терпи, милый мой, терпи… — Айрин осторожно извлекала из спины Рона уже седьмой по счету осколок. Крови было немного, к тому же, задержанные кожаной курткой и узкими звеньями кольчуги, стеклянные стрелы вошли неглубоко.

— Я терплю, — буркнул Рон. — Ты лучше скажи, как та кое может быть?

Понятия не имею, — Айрин бросила звякнувший осколок в миску, стоящую на столе, и принялась за восьмой, вроде бы последний. — Я всегда считала, что наблюдение через хрустальный шар можно почувствовать и от него можно защититься. Но вот так, заставить его взорваться… Я первый раз о таком слышу. Хотя, как я уже говорила, об этих предметах мы знаем немного. Ну, вот и все… Теперь надо затянуть порезы, и ты будешь готов к дороге.

— Позвольте, сания, — вмешался Ильтар, уже закончивший заниматься своими ранами. Его ухо, перестав кровоточить, было теперь украшено очаровательной дыркой, в которую, имей он подобные пристрастия, вполне можно было бы вдеть массивную серьгу. Со временем дыра затя нется, но пока эта травма отнюдь не красила и так порядком изуродованного эльфа. — Позвольте я займусь его ссадинами. У меня, знаете ли, богатый опыт… Я, конечно, имею в виду лечение порезов вообще, а не именно тех, что получены таким… экзотическим способом. И, если не трудно, снимите с него кольцо, пусть оно пока побудет у вас.

Наконец, Рону было позволено подняться и натянуть изрядно продырявленную одежду. Теперь настало время закусить и обсудить то, что им удалось увидеть.

— Могу сказать одно: армия у него собралась нешуточная. И меня удивляет, что мы не видели зомби.

— То, что мы их не видели, совсем не означает, что их нет, — возразил Ильтар.

— Не спорю, — согласно кивнул Рон. — Мне это представляется так. Зомби идут в атаку первыми, сейчас дни уже достаточно жаркие, так что их время коротко. Несколько дней, неделя от силы. Таким образом, некромант расходует своих зомби с предельной пользой. А после битвы пополняет их ряды новыми, из числа павших.

— Но ведь тогда получается… — Айрин поежилась, — что после каждой битвы его армия только увеличивается, причем ровно настолько, насколько большие силы ему противостояли.

— Не ровно, — пожал плечами Рон, — всегда имеет место некоторая убыль. Кто-то из зомби слишком уж разложился, чтобы участвовать в дальнейшем походе, кому-то отрубили ногу или голову… Но ты права. Его армия от битвы к битве только растет. Хотя неблагоразумно вырезать всех противников только для того, чтобы превратить их в зомби.

— Я хочу еще раз взглянуть на то письмо, что дал вам Тьюрин, — попросила волшебница.

Гном позаботился, чтобы его писцы сделали для Рона копию того самого донесения, в котором впервые промелькнули сведения о боевых силах некроманта.