Абруцци замер.

Всего на секунду.

Его мозг отказывался верить в происходящее, просто потому, что это выглядело невозможным. Как? Их реакторы же были заглушены! Сенсоры подтвердили это! Из холодного состояния их запускать минут сорок, если не дольше!

Да, даже если бы они просто остановили активную зону реакторов, им всё равно потребовалось минут десять для того, чтобы вывести энергоподачу на необходимую мощность.

А прошло всего четыре…

И тут он внезапно понял.

Та самая утечка радиации, которую они засекли. Должно быть она скрыла от сенсоров, что реакторы на дредноуте не выключены полностью. А они на это купились! Ну, конечно же. Кто в здравом уме будет устраивать аварийную ситуацию на борту собственного корабля⁈

А затем ещё и каким-то образом взорвали ядро собственного реактора, скрывшись от сенсоров за последствиями взрыва…

Всё то пронеслось в голове Марио Абруцци примерно за одну секунду. Максимум за полторы.

А затем вбитые в голову уже на уровне автоматизма рефлексы взяли своё.

Пришло ужасающее осознание того, что этот дредноут сейчас шёл прямо на них и набирал скорость, сокращая спасительную дистанцию.

— Поворот! — заорал Абруцци, одновременно с этим хватая шлем своего контактного скафандра и надевая его на голову. — Всем кораблям выполнить манёвр расхождения! Открыть огонь!

* * *

«Ганнибал»

Сигналы тревоги доносились едва ли из каждого динамика.

Третьяковская не солгала. Аварийные сигналы шли чуть ли не из каждой части корабля, вновь и вновь сообщая о вышедших из строя системах.

Как и предсказывала Евгения, запускать оба реактора в режиме перегрузки было паршивой идеей. Чертовски паршивой.

— Паша, что с сенсорами?

— Основной массив уже в работе, — доложил Лейкин. — У нас есть РЛС и лидары систем наведения… вижу их! Шесть отметок тяжёлых крейсеров. Дистанция триста восемьдесят тысяч километров.

А нам нужно дойти хотя бы до трёх сотен, — подумал Александр, мысленно подгоняя корабль.

Ограничители с инерционного компенсатора уже сняты. Двигатель работает далеко за пределами разрешённых показателей, высасывая энергию из перегруженной энергосистемы корабля.

Всё, лишь бы сократить дистанцию…

— Вампиры!

Услышав условное обозначения появившихся ПКР противника, Зарин поёжился. Развернутая перед его лицом тактическая проекция уже показывала появляющиеся иконки стартовавших ракет.

— Фиксирую многочисленные запуски. Количество ракет — сто двадцать восемь единиц.

— ПРО и РЭБ готовность…

— Про РЭБ забудь, — перебил его Павел. — У нас большая часть сдохла от перегрузки.

— Твою мать…

Александр смахнул изображение одного из дисплеев на экран аварийного состояния. Действительно. Большая часть излучателей просто отключилась из-за перегрузки при запуске реакторов. А ченить их сейчас времени уже не было.

— Плевать. Справимся и так. Держите их в захвате. Приказ «Гадюкам» — выйти вперёд. Корветы Ван Дайма будут нашим щитом.

Потому, что другого у них не было.

«Ганнибал» шёл на врага с голой бронёй. Всё для того, чтобы как можно скорее набрать скорость и ввести в строй орудийные системы. Кстати, о них.

— Паша, что с орудиями.

— Носовые гразеры с первого по десятый в работе. Бортовые ещё не запитаны… нужно время.

— ПРО в действии, — спокойно доложил один из сидящих рядом с Лейкиным офицеров, ответственных за работу систем противоракетной обороны.