— Так в чём же причина, и как её удалось заблокировать, — меня разбирало любопытство?

— Если сказать кратко, то основные проблемы создавало именно то, что должно было эти проблемы устранять. Вся наша основная аппаратура имеет в себе систему самодиагностики и регенерации в случае обнаружения неисправностей. Ну, это ты лучше меня должен знать. Так вот, именно эта система и была причиной всех сбоев и неприятностей. Она обнаруживала несуществующие неисправности и начинала строить совершенно непредсказуемые дополнительные устройства, изменять заложенный функционал. В результате оборудование становилось неработоспособным. Видимых причин такой реакции пока не обнаружили. Ситуацию удалось решить методом отключения, и даже изъятия, из аппаратуры систем самодиагностики и регенерации. Теперь всё необходимое обслуживание осуществляется в ручном режиме. Это ненадёжно, но пока работает. Техника, не имевшая в себе регенераторов, работала нормально, даже когда встроенная диагностика показывала сбой. Ну а теперь сам подумай, что будет, когда люди не смогут вручную обслуживать имеющуюся у нас технику?

Я серьёзно задумался, переваривая полученную информацию. Осс заметила это и приостановила свой рассказ. Мне пришла в голову, кажущаяся совершенно невероятной, аналогия, что технические проблемы и проблемы людей имеют одну и ту же причину возникновения. Уж очень похожие симптомы проявлялись и там, и тут. По крайней мере, мы свою технику во многом строили по тем же принципам, на которых основана наша природная биология. Да, различие между людьми и техникой, конечно же, было принципиальным, однако для внешнего исследователя было бы весьма интересно обнаружить множественные сходства. Но вот как можно снаружи вмешаться во все эти механизмы, столь надёжно защищённые как биологической, так и технической эволюцией, я никак не мог представить.

— Кстати, подобные рассуждения есть не только у тебя, — прочла Осс мои мысли, — адмирал Восс имеет сходное представление. Правда, кроме него его никто не хочет разделять, даже наш непосредственный руководитель Митей Пит. Восс считает, что мы здесь имеем дело с неизвестной ранее формой небиологической жизни, которая пытается воздействовать на всех нас и нашу технику одновременно с неизвестными пока намерениями. Такой взгляд многое может объяснить из странностей этой планеты, но он ровным счётом ничем не помогает нам справиться с той ситуацией, что у нас сложилась. Более того, удалось обнаружить, что мы здесь совсем не первые, кто пытался заниматься колонизацией планеты. Имеются старательно уничтоженные кем-то останки колонизационной деятельности на планете других космических рас, но подробной информации об этом пока нет. Возможно, мы повторяем чью-то неудачную судьбу.

— И ты туда же! — не удержался я. — В последнее время все, с кем я общаюсь, прямо или косвенно говорят о нашем фиаско. Я считаю, что думать так слишком преждевременно. И у меня на это есть все основания.

— Ты один здесь полон оптимизма, — мысленно рассмеялась Осс. — И какие ты можешь привести тому основания?

Я вкратце рассказал ей о своём последнем визите к озеру, о разговоре с сущностью, которой оно являлось, особенно об её туманных намёках на какую-то миссию.

— Не особенно понятно, что с этим делать, — задумчиво отметила Осс. — Да, кончается процедура сканирования, сейчас мы тебя отпустим. И ещё, тебе следует самостоятельно составить отчёт о разведке, проводить детальное выяснение, разбор и анализ сейчас просто некому. Впрочем, сам вскоре всё поймёшь.

В этот момент я почувствовал, что снова могу легко управлять своим телом, приятная истома исчезла. На меня снова навалился груз заметной усталости, которая никуда не делась за то время, пока я лежал в боксе.

— Командор, — ко мне снова обратилась незнакомая женщина-медик с явно выраженной на лице усталостью от долгого бодрствования, — процедура сканирования завершена.