Изменить размер шрифта - +
Рано или поздно ему придется вылезти наружу… если он еще жив. Тут мы его и возьмем.

Я сел, снова сунул руку под рубашку, нащупал пулевое отверстие. Смог даже увидеть его, изогнув шею. Пуля прошла насквозь, оставив жуткие темно-фиолетовые дырки спереди и сзади. Разорвав свой носовой платок, я заткнул обе, с трудом дотянувшись кончиками пальцев до той, которая на спине. Плечо двигалось, значит, кости целы, но крови вытекло много. Я отполз чуть дальше. Плечо теперь болело вовсю, горло и рот пересохли, я с трудом мог хоть на чем-то толком сфокусировать взгляд. Думаю, болевой шок. Сейчас мне нужнее всего какая-нибудь нора. Место, куда можно заползти и где они не найдут меня.

На лицо вдруг упала мимолетная тень. Я огляделся вокруг, затем поднял глаза вверх. Ястреб-канюк!

Теперь им не надо меня искать — ястреб сам укажет им путь.

 

 

Ждать чего? Смерти? Я — дурак. Сколько людей выжило и поправилось от ран куда хуже, чем моя! Пуля прошила плечо. Что из того? Но я все равно продолжал лежать без движения.

Ранили меня, возможно, и не очень серьезно, хотя потеря крови, отсутствие воды… Лошади тоже исчезли. Зато оба револьвера на месте, и патроны оставались в патронташе. Вокруг только ямы да трещины и зазубренная лава, которая в момент изорвет мои сапоги в лоскуты. И ни одного отрезка, где можно бежать. Тут и там виднелись редкие узкие островки, созданные естественными препятствиями, которые лаве приходилось обтекать. На некоторых из них росла трава, другие представляли собой слой песка. Воду, если она вообще здесь имелась, я мог найти только в пустотах базальта.

По камню чиркнула осторожная нога, и этот звук мгновенно вернул меня к действительности: я вскочил и изо всех сил помчался по узенькой полоске между потоками лавы.

Во время бега плечо безжалостно вопило от боли, кровь продолжала сочиться, ноги плохо слушались, спотыкались, натыкались на камни, делали неверные шаги… Кляня все на свете, я бежал, бежал, пока не свалился без сил.

Какое-то время я лежал неподвижно, прислушиваясь к бешено колотившемуся сердцу, затем встал и снова побежал, пока не уткнулся в зазубренную базальтовую стену. Так, посмотрим… Ага, вон расщелина, по которой можно попробовать взобраться наверх. Вперед… Почти на самой вершине у моей головы с противным треском расплющилась пуля, затем донесся звук выстрела из крупнокалиберной винтовки. Я попытался бежать прямо по лаве, рискуя в любой момент сломать ногу или разбить голову. Из-под ног неожиданно выскочил горный заяц и длинными прыжками поскакал вниз по другой расщелине. Туда за ним, пока меня не достала третья пуля — вторая только что с треском отрикошетила от камня…

Расщелина, по которой ускакал заяц, вела еще к одной полосе между потоками лавы. Когда я спускался по ней, рядом стукнулась та самая третья пуля. На этот раз осколки от камня ужалили меня в щеку, а один, самый большой, больно ударил по голове..

Сначала я решил, что меня снова ранили, но на самом деле осколок всего-навсего рассек кожу. Расщелина кончилась на высоте футов в семь с половиной под землей. Делать нечего, пришлось прыгать вниз, на голые камни.

Какой-то момент я стоял совершенно ошеломленный: в голове шумело, легкие работали как кузнечные меха.

Все, хватит, дальше не побегу, сказал я себе. Я встречу их здесь. Двигаться у меня больше не было сил.

И тем не менее двинулся. Только не бегом, а шагом, вертя головой то направо, то налево, пытаясь найти место, где можно спрятаться и занять выгодную позицию для обороны.

Пусть они меня сначала найдут! Лучше встречать их лицом к лицу, чем убегать как трусливый заяц. Я снова и снова убеждал себя в этом, хотя другая часть моего мозга говорила мне совсем иное — надо не только выжить, но и победить, остановить их. Нельзя дать им обогатиться, покончив со мной. Они убили папу, возможно, и других, но мной подавятся…

Я упал.

Быстрый переход