|
– Они хотят проникнуть на Русь, и не просто так, а при моей поддержке. Это нам не нужно, ибо делиться своим влиянием на русских империя не намерена. Но если отказать Евгению, который желает отрезать проклятых венедов от богатого Новгорода, его люди всё равно отправятся в путь, не по морю, так через Польшу. Однако я это уже контролировать не смогу. Так что если меня просят о помощи, то отчего бы не помочь братьям по вере? Тем более что посольство в Киев уже собрано и спафарий Вран вместе с пресвитером Исааком присмотрят за католиками. Ну и, конечно, вычленят агентуру католиков в Киеве и других городах. Ведь не может её не быть. Да, она есть. Значит, предложение папы можно принять».
– Это мудрая пословица, – улыбнулся Николай. – Но нам хотелось бы знать, чего именно будут добиваться католики на Руси. – Для вас это не секрет, ваше святейшество. – Легат слегка улыбнулся. – Ведь это мы просим вас о помощи, а не вы нас. Поэтому все свои действия посланцы папы будут согласовывать с вашими священнослужителями. – Хорошо. И сколько людей вы собираетесь отправить к славянам? – Пять рыцарей и двух купцов средней руки. – Так мало? – удивился патриарх. – Все рыцари – паладины, благословлённые самим святым Бернаром из Клерво. Патриарх вновь кивнул. Об избранных бойцах французского аббата, святость которого были готовы признать даже восточные христиане, знали все, конечно же и он, Николай Музалон. Это были очень сильные воины, каждый из которых стоил десятка рыцарей. Однако после гибели Бернара они стали опасны, ибо в них была только война, и паладины горели жаждой убийства. Ну и, кроме того, рыцари могли поведать миру о деяниях своего аббата, которые можно истолковать весьма вольно и превратно. Вот папа римский и решил отправить их подальше от себя. Но кидает рыцарей не в явное сражение, а на тайную битву. Справятся ли они с этим? Время покажет, а пока патриарх продолжил разговор. – Когда купцы и паладины… – патриарх запнулся и продолжил: – святого Бернара смогут отправиться в путь? – В любой момент, ибо все они со мной. – Так-так, а кто станет ими командовать? Гвидо Флорентийский кинул косой взгляд на исковерканного войной и многочисленными сражениями калеку рядом с собой, и тот отозвался: – Воинами Господа буду командовать я, рыцарь Седрик фон Зальх. Слова паладина словно повисли в воздухе, и в них была сила. Хотя нет, правильней будет сказать, отголосок той великой и необоримой силы, которой обладал Бернар из Клерво. Сам патриарх ничем подобным похвастать не мог, ибо его не посещала Богородица, и потому в сердце ромея проскользнул страх, будто он олень, который замер перед готовым к прыжку львом. Но вида опытный имперский интриган не подал, а сохранил спокойствие и спросил рыцаря: – Скажи мне, рыцарь, ты был рядом с Бернаром во время Северной войны? – Да, отче. – Паладин уважительно опустил голову, хотя патриарх понимал, что для таких людей даже папа римский не очень серьёзный авторитет, и это всего лишь вежливая маска. – И свои ужасные раны ты получил в землях венедов? – Да. Все они оттуда. Штурмы городов и кровавые схватки в заснеженных лесах не прошли для меня даром, а последняя битва едва не лишила ноги. Но Бог не оставил меня, и я выжил, сохранил немного сил и здоровья, значит, готов служить Ему, как и прежде. – Ты видел, как погиб Бернар из Клерво? – Нет. Я потерял много крови, и разум мой помутился. Поэтому я увидел только яркую вспышку на холме, где находилась ставка короля Конрада Третьего и святого Бернара. Потом я потерял сознание и лишь спустя две недели узнал о гибели великого аббата, который один сражался против тысяч язычников и сотен колдунов и пал наземь только после коварного удара в спину, коим его сразили дьяволопоклонники. |
