|
Защелкали клавиши – лейтенант проверял базу данных в компьютере, но этот умиротворяющий звук не смог успокоить напряженные нервы Норта. Детектив миновал перекресток и устало зарысил вдоль следующего квартала, мимо полыхающих красно-синим огнем патрульных машин. – Не указано, что это биотехнологии,– подал голос Хиланд.– Они занимаются генеалогиями. Специализируются на информации о рождениях, смертях и женитьбах на протяжении многих столетий, делают анализ крови на установление отцовства, исследуют степень способности к деторождению… отыскивают потерянных детей. У них самый большой частный банк генетического материала в стране, больше правительственного. Но они не зарегистрированы как фирма, занимающаяся биотехнологиями. – А как же они зарегистрированы? – Как институт, учитывая их филантропию. «Обучение Гена в Колумбийском университете». – Где они расположены? – На Сорок пятой Западной улице, Седьмая авеню, семьсот пятьдесят. «Еще два квартала». Норт ускорил шаг. – Какой этаж? – Им принадлежит все здание. 16.33 Норт, выбиваясь из сил, бежал вперед сквозь пелену ливня. Одежда промокла и отяжелела, полы плаща пропитались грязной водой и, казалось, хотели затянуть его в водовороты у сточных канав. Детектив стрелой пролетел через дорогу, лавируя между машинами. Мокрые насквозь туфли так и норовили остаться в очередной луже. Огромные бетонные стены зданий нависали сверху, словно гигантские зубы злобного невиданного зверя, грозя сомкнуться и раздавить усталого человечка. На углу Бродвея и Западной сорок пятой Норт привалился к стене, пытаясь отдышаться. Кровь грохотала в висках, кровавая пелена застилала взор. Дождь немилосердно хлестал по склоненной голове полицейского, а раскаты грома эхом прокатывались по всему изможденному телу. «Я больше не выдержу». Хватая воздух ртом, он поднял голову и увидел воплощение судьбы, склонившееся над ним. Седьмая авеню, номер семьсот пятьдесят. Здание рвалось в темное небо ступенчатой пирамидой из стекла и стали, его башни спиралью ввинчивались в хмурые тучи. Рядом, словно жадный черный зев, зияли распахнутые ворота гаража, в который как раз въезжала машина. Норт прибавил шагу, направляясь к группе людей в черных костюмах, которые сгрудились у ворот. «Чайна-таун!» Они заметили пришельца и заградили ему путь. – Сюда нельзя, это частные владения. Норт посмотрел в глаза ближайшему человеку в костюме и увидел, как в его зрачках молнией полыхнуло узнавание. Он помнил детектива вовсе не по Чайна-тауну. Он вспомнил его по прошлой жизни. Норт не стал доставать удостоверение. Просто спросил: – Где здесь главный вход? Никто не ответил. Пара охранников что-то угрожающе проворчала, но остальные понимали, что требуется нечто большее, чтобы свернуть этого человека с пути. Да сами того не понимая, они указали Норту правильную цель. – Спасибо,– ответил он. Охранники промолчали и принялись опускать ворота большого гаража. Но главное Норт уже увидел – сверкающий серебристый седан «крайслер». Посреди зала стоял блестящий стол из нержавеющей стали, предназначенный для вскрытия трупов. Пока Саваж натягивал прозрачные медицинские перчатки и готовил хирургические инструменты, разложенные на простой чистой тряпке, в комнату вкатили каталку с телом Лоулесса под белой простыней. Досчитав до трех, ассистенты быстро подняли труп и переложили его на стол, после чего убрали простыню. |
