|
Больной разговаривает с людьми, которые давно умерли. Его переживания и словарный запас соответствуют временам, к которым возвращает его память. С его точки зрения, он заново переживает прошлую жизнь. – А при чем тут воспоминания? – Абреакция будит воспоминания о прошлых жизнях и эмоции, связанные с ними. У больного наступает состояние дезориентации и смятения. Норт неуверенно поерзал на стуле. – Вам это знакомо,– утвердительным тоном продолжил Портер. Голос его был резким и ясным. – Занятно. – Именно это Ген и делал. Норту уже приходилось разговаривать с психиатрами – все-таки он жил в Нью-Йорке. – У него мог быть бред как следствие шизофрении. – На первый взгляд так может показаться,– невозмутимо ответил Портер. – Может, так и было на самом деле? – Для чего человеку, у которого бред, носить с собой препарат, усугубляющий его состояние? «Он знает, что было в шприце? Или это блеф?» – Продолжайте. – Бредовое состояние наступает редко. Это игры воображения. Абреакции встречаются гораздо чаще. Люди внезапно обретают навыки, которыми прежде не владели, говорят на языках, которые не изучали. Это следствие воспоминаний, а не фантазии. Портер помолчал, а потом спросил: – Разве вас не удивляет, что Ген был так расстроен черепом, найденным в музее? А что, если он был знаком с этим человеком? Норта поразило, что доктор знал о случае с черепом. «Чепуха». – Черепу тысяча лет! – А почему он ехал по городу на лошади, не используя стремена? В седле он держался уверенно. Судя по всему, он – умелый наездник. – Значит, он занимался джигитовкой. А может, вырос в цирковой среде. – У вас есть основания так думать? – Да уж побольше оснований, чем считать, что он вспомнил прошлую жизнь. Слова Норта повисли в воздухе, разделяя обоих собеседников. Но Портер, который уже раскрыл карты, не мог остановиться. – Тогда почему с вами происходит то же самое? Настала очередь Норта молчать, терзаясь чувством вины. Кровь стучала в ушах, заглушая разумные и хладнокровные мысли. Портера нужно допросить. Его мог подослать Ген, чтобы узнать, как продвигается следствие. Все сказанное – вранье. Он ведь ничего не знает об этом человеке. «Я должен быть осторожным». – Понятия не имею, о чем вы говорите. Портер был неколебим. Заметив неуверенность детектива, он убедился, что идет по верному пути. Доктор вынул из портфеля газету и зеленый блокнот. Газета оказалась сложена так, чтобы была видна фотография – Норт и Ген сражаются во дворе у мусорных баков. Портер положил ее на стол. – Вам ввели тот же препарат, какой использовал этот человек. У вас в ноге видна игла для подкожных инъекций. Норт бросил взгляд на фотографию. Эти сведения не поступали в газеты. Детектив отказался комментировать заявление доктора. – Я знаю, что с вами происходит,– наклонившись вперед, промолвил психиатр.– Знаю, потому что сам через такое прошел. У Гена это началось чуть раньше. Не нужно стыдиться. Очевидец из «Нью-Йорк пост» говорит, что слышал, как полицейский кричал, что за ним гонится бык. Вам казалось, что на вас бросился бык. Норта охватил страх. – Он ошибся. |
