Плесень на потолке, табличка «Туалетную бумагу в унитаз не бросать» в туалете, но в целом жилье полностью соответствовало ее представлениям. Купив подержанный мобильный телефон и ноутбук, она стала ждать.

Настало Рождество, потом Новый год. Она следила за новыми постами Юсефин в социальных сетях в режиме реального времени. Украшение новогодней елки, традиционные шафрановые булочки, радостные дети, выпекание имбирного печенья, открывание рождественских подарков и ссылки на хор Шведского радио, исполняющий рождественские песни. Элин приехала в Стентрэск с подругой, а Викинг изрядно похудел. В канун тринадцатого дня после Рождества, когда по традиции выносят елку, Майя Мария Хелена сделала свои первые шаги. От крошечного видео Владлену до краев переполнило тоской и сентиментальностью, словно приоткрылось окно в ту жизнь, которая у нее могла бы быть. Она так рыдала, что парень на соседней кровати предложил ей фризиум бесплатно. Его забота тронула ее, но Владлена ответила отказом.

Оказалось, что Красноярск – старый город: большой, холодный, местами удачно отреставрированный, с остатками брутального сталинизма. Каждый день Владлена совершала длительные прогулки, обедала в каком-нибудь дешевом ресторанчике, не привлекая к себе внимания.

В середине февраля она в последний раз застелила постель под заплесневелой крышей, подарила телефон и компьютер парню с таблетками фризиума и полетела в Мирный. Там она купила у какого-то старика «Ладу Самару» модели 1999 года, пообещав сама переоформить все документы. На самом же деле она этого не сделала, так что машину не смогли бы связать с ней. Совесть ее не мучила. Мужик взял за машину баснословные деньги.

В Удачный вела одна-единственная грунтовая дорога, там и заканчивающаяся. Владлена проехала пятьсот километров с одной остановкой в столовой села Моркока, где пообедала и сходила в туалет. Вдоль дороги плотной стеной стояли хвойные деревья. Солнце потихоньку возвращалось в Северное полушарие, несколько часов в день было светло. Однако, едва появившись, оно исчезало на западе. Владлена ехала сквозь темень назад в квартиру, которую сняла, там она выставила торшер на лестницу, отключила и разбила мобильный телефон. В почтовый ящик у главпочтамта она опустила семь писем: одно – полковнику Дарье Егоровой, одно – их общему секретарю Игорю, еще одно – генерал-лейтенанту Гагарину, а также еще трем коллегам, пришедшим на прощальный обед. У всех писем был один и тот же адрес, одно и то же содержание. Это было приглашение на похороны полковника Ивановой в храме святого Серафима Саровского в Удачном в пятницу, 19 февраля, в 10.30. Отправителем значилась Ирина Сидорова, друг семьи. Седьмое и последнее письмо было адресовано ее банку в Москве и касалось закрытия ее счета. Почту из почтового ящика в тот день уже вынули – это означало, что письма уйдут со штампом «Удачный» и датой следующего дня: 16 февраля.

Когда конверты приземлились на дно почтового ящика, она залила полный бак и поехала назад той же дорогой, сделала остановку в столовой поселка Моркока и к полуночи прибыла в Мирный.

Однако Владлена позаботилась о том, чтобы в адрес штаб-квартиры ГРУ, написанный госпожой Сидоровой, вкралась ошибка. Это означало, что письма будут бродить от одного почтового отделения к другому несколько дней, а то и недель, прежде чем достигнут адресатов. Когда письма доставят, похороны уже давно должны были состояться, что, без сомнений, вызовет немало вздохов облегчения во Втором отделе. Поездка в радиоактивную дыру в Сибири в середине февраля точно не является пределом мечтаний ее бывших коллег. Они пошлют свои соболезнования на указанный адрес электронной почты, пояснят, почему не смогли присутствовать, добавят несколько взвешенных, полных уважения слов о том, как они ценили покойную, и на этом история полковника Владлены Алексеевны Ивановой в русской разведке завершится.

Наверное.